<<настрой - КИ >> ш а л о м, хавер !

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » <<настрой - КИ >> ш а л о м, хавер ! » МУДРОСТЬ ВЕКОВ » Шэн-ян: поэзия просветления


Шэн-ян: поэзия просветления

Сообщений 11 страница 20 из 35

11

Третье затворничество. День 1. Следовать заветам Дхармы Будды

Когда хулят тебя другие, пусть обвиненьями осыплют;
         Они истратят силы все, пытаясь небо факелом спалить.
         Когда я слышу оскорбленья, это амброзии подобно;
         Расплавь ее, и в тот же миг непостижимого достигнешь.
         Коль критику считать за добродетель,
         Кто критикует, – нам надежный друг.
         Не злись на тех, кто оболгал тебя;
         Как можешь проявить еще ты нерождённую способность состраданья?
         
         Эти строфы посвящены не методам практики. Скорее, они предлагают последователю Чань совет, подходящий ко многим случаям повседневной жизни.
         Юн-цзя говорит, что мы должны сносить оскорбления, критику и клеветнические нападки других людей. Если кто-то клевещет на вас или вашу практику, вы должны воздерживаться от того, чтобы расстраиваться и затаивать гнев или ненависть по отношению к этому человеку. Вместо этого вы должны испытывать великую радость, как если бы вам внезапно предложили прекрасный напиток в момент, когда вы умирали от жажды. Гань-лу, что переведено здесь как «амброзия», – это мифический напиток, дающий бессмертие. Когда люди клевещут на вас, вы должны воспринимать их слова так, как если бы это была амброзия.
         Вы должны быть благодарны людям, которые вас критикуют, так как их замечания идут на пользу вашей практике. Даже если вы не имеете ничего общего с тем, о чем говорят обвинители, или не делали ничего из того, за что они вас осуждают, их критика сделает вас более бдительными. Она упрочит вашу внимательность; поможет вам не стать такими, какими вас видят критики, и не сделать того, в чем они вас обвиняют. Если вы будете относиться к критике и оскорблениям так, как советует Юн-цзя. ваше поведение будет правильным, а ваша практика будет процветать.
         
         Если постигнуть без остатка глубинный принцип и ученье,
         То мудрость и самадхи будут все совершенней и яснее, не прозябая в пустоте.
         Не только я сейчас постигну это;
         Ведь сущность Будд бесчисленных одна.
         
         Юн-цзя говорит о том, что нужно «постигнуть без остатка» как «глубинный принцип», так и «ученье». «Глубинный принцип» – это Дхарма Сознания, которую можно постичь лишь благодаря практике. «Ученье» – это Дхарма, выражаемая при помощи слов и речи, постигаемая при помощи рассудка. Важны и глубинные принципы, и наставления. Мы изучаем Дхарму Будды посредством рассудочного понимания писаний и постигаем глубинные принципы, или Дхарму Сознания, непосредственно через практику. Большинство, если не все из вас, первоначально познакомились с буддизмом при посредстве слов и речи. В результате изучения Дхармы Будды вы затем решили последовать методу практики. Тем не менее, вы по-прежнему используете буддийские учения в качестве путеводной нити для практики и повседневной жизни. В конце концов, благодаря практике и изучению наставлений вам откроется Дхарма Сознания. Неправильно было бы говорить: «Поскольку я изначально наделен природой Будды, мне не нужно изучать наставления или заниматься практикой». Природа Будды, заключенная в нас, должна быть раскрыта при помощи изучения и практики.
         Чань-буддизм предписывает нам не полагаться на слова и язык, однако все чаньские наставники проповедуют Дхарму Будды, чтобы помочь другим. Наставник должен обучать своих учеников наиболее подходящим для них способом. Если наставник не проповедует методы практики и правильные понятия о практике и подходы к ней, ученики заблудятся среди внешних путей (еретических учении) или столкнутся с физическими или психологическими препятствиями.
         Один человек, учившийся у меня на Тайване, посетил несколько затворничеств. На одном затворничестве во время медитации он услышал голос, говорящий ему: «Послушай, я научу тебя правильному способу практики скорейшего пути достижения состояния Будды».
         Этот человек сказал: «Я должен сначала спросить у моего Шифу».
         Голос ответил: «К чему беспокоиться? Метод, которому я учу, позволит тебе быстро стать Буддой. Даже твой Шифу еще не достиг состояния Будды».
         Мой ученик сказал: «Я знаю Шифу много лет, и я знаю многих людей, которые учились у него, и они говорят, что он обладает правильным представлением о Дхарме Будды. Но тебя я встретил впервые».
         Голос ответил: «Не важно, впервые или нет. Созрели твои кармические предпосылки, и я готов учить тебя».
         Ученик сказал: «Я хочу поговорить с Шифу». Он прекратил медитировать и рассказал мне о своих ощущениях. Я сказал ему, что он должен не обращать внимания на этот голос и забыть об этом переживании.
         Мне написала другая ученица: она писала, что недавно закончила читать книгу о человеке, который объявил себя воплощением тибетского ламы и считал своей задачей приехать на Запад и распространить истинное учение Будды. На самом деле этот человек был англичанином, и он был серьезно болен. Чудесным образом он исцелился от своей болезни, но когда это произошло, его личность полностью преобразилась. Он сказал, что в его тело проник дух ламы. Моя ученица писала, что его слова показались ей противоречащими истинной Дхарме Будды. Она спрашивала меня: «Если он действительно тибетский лама, почему его слова звучат так странно?»
         Я ответил ей: «Этим человеком овладел не дух ламы. В лучшем случае это было божество или призрак, притворившийся ламой».
         В подобной ситуации может оказаться каждый человек, который занимается практикой в течение долгого времени. Обычно такие случаи называются противодействием демонов. Если люди следуют совету, который они получают при подобных встречах, они впадают в состояние демонической одержимости. Существа, которые называют себя бодхисаттвами или высокопоставленными божествами, являются простыми духами или демонами. Если вы хотите изучать тибетский буддизм, обратитесь к ламе. Если вы хотите практиковать Чань, обратитесь к чаньскому наставнику. Не обращайтесь к духам.
         Сложно объяснить различие между истинным учителем и духом, особенно для тех людей, которые не обладают достаточным или правильным пониманием Дхармы Будды. Именно поэтому в этой строфе подчеркивается важность постижения Дхармы Сознания, а также изучения письменных наставлений Дхармы Будды. Истинное постижение Дхармы Сознания опирается на изреченные и записанные слова буддийских наставников и поддерживается ими. Также можно постепенно знакомиться с Дхармой Сознания через глубокое понимание наставлений.
         Есть и исключения: такие, как шестой патриарх Хуэй-нэн. До достижения просветления он не мог изучать записанных наставлений, так как был неграмотен. Впервые он столкнулся с Дхармой в тот момент, когда услышал, как монах читает «Алмазную сутру». Стоило ему услышать подлинную Дхарму Будды, как он обрел всецелое и непосредственное постижение и сразу же стал просветленным. Хуэй-нэн – это исключение из правила.
         Обычный последователь не должен искать наставника, руководствуясь лишь собственными суждениями, или отправляться в горы для уединенной практики, пока он не обрел истинное представление и понимание Дхармы Будды. Он не сможет отличить хорошего наставника от ложного или плохого. Если он отправится в горы для самостоятельных занятий практикой, он несомненно столкнется с проблемами. Предпосылкой должно быть восприятие учеником своей собственной природы. После того как его посетит опыт просветления, он должен учиться у кого-то такого, кто является общепризнанным хорошим наставником. Поведение наставника может не полностью совпадать с поведением Будды, но в том случае, если он правильно понимает Дхарму, у ученика не будет проблем.
         Глубокое понимание глубинного принципа и ученья есть предпосылка практики. Результаты практики – это самадхи и мудрость. Есть два вида самадхи и мудрости: обладающие притоком скверны и лишенные его. Самадхи и мудрость одновременно и взаимно обогащают друг друга. Когда возникает самадхи, возникает и мудрость; когда мудрость становится более глубокой, сила самадхи также возрастает.
         Иногда человек, серьезно занимающийся практикой, испытывает ложное ощущение пустотности. Это не есть подлинная пустотность Чань. Человек, испытывающий ощущение ложной пустотности, может быть пассивным и апатичным. Ничто не трогает его. Он может даже испытывать отвращение к обществу и жизни. Он может ни о чем не заботиться – ни о семье, ни о карьере, ни о будущем, – поскольку для него все это лишь иллюзорная привязанность, вид зависимости. Он хотел бы избавиться от всего этого.
         Это случилось с одним из моих учеников. После участия в чаньском затворничестве ему показалось, что все пустотно. Он пошел домой и истратил все свои деньги, угощая друзей за обедом. Потом он избавился от всего имущества. Его друзья боялись, что он сойдет с ума, и поместили его в лечебницу для умалишенных. Все это время он продолжал настаивать, что находится в здравом уме. Он был прав. То, что его друзья приняли за помешательство, было временным состоянием, вызванным ложным ощущением пустотности. Оно не продолжается слишком долго. За короткое время к нему естественным образом вернулось бы его обычное мировосприятие.
         Есть и второй тип ложной пустотности, который может быть более серьезным, чем тот, который я только что описал. После продолжительных занятий практикой человек может внезапно обнаружить, что все пустотно, и почувствовать, что все является иллюзией. Прошлое, настоящее и будущее – иллюзия. Нет Будд, бодхисаттв, причин или следствий. Человеку с таким отношением может показаться, что он может все. Он может подумать: «Даже если я убью кого-нибудь, я могу столкнуться с последствиями в своей следующей жизни, но на самом деле это лишь еще одна иллюзия. Она не имеет ко мне никакого отношения». Этот тип ложной пустотности действительно опасен. Человек, находящийся в таком состоянии, может причинить большой вред себе и другим.
         Кто-то, переживающий этот тип ложной пустотности, может выкинуть свои изображения Будды и сутры. Он может нарушить пять заповедей, говоря: «Поскольку все являются Буддами, зачем мне заниматься практикой или соблюдать заповеди? Заповеди – для обычных людей. Я же, напротив, достиг состояния Будды». К сожалению, он лишь заблуждается.
         Именно поэтому в тексте говорится: «Мудрость и самадхи будут все совершенней и яснее, не прозябая в пустоте». В этой строке под пустотой имеются в виду два типа ложной пустотности. Просветленный последователь буддизма не пребывает ни в пустотности, ни в существовании. Самадхи и «совершенство сознания в мудрости» не должны пониматься в терминах пустотности и существования. Вы не должны цепляться за пустотность, и вы не должны цепляться за существование. Не ищите никаких результатов – включая ощущение пустотности – в вашей практике. Правильный подход заключается в том, чтобы рассматривать самое практику как результат: практика есть результат практики. Воспринимайте все переживания, с которыми вы сталкиваетесь во время практики, как иллюзии. Не обращайте на них внимания.
         В конце этой строфы Юн-цзя объявляет, что он не одинок в своих воззрениях. Все Будды, число которых столь же велико, как число песчинок в реке Ганг, обрели такое же понимание.
         

День 2. Отбросить теории и переживания

         Ты говори без страха, словно лев рычит,
         Услышав рев, все звери содрогаются от страха.
         Бежит, теряя важность, слон благоуханный;
         Дракон небесный с тихой радостью ему внимает.
         
         Юн-цзя часто использует сравнения с животными, чтобы описать различные типы людей, вступающих в контакт с Дхармой Будды. Демоны и злые духи трепещут от страха, слыша проповедь Дхармы. Философы и проповедники великих религий приходят в смятение. Однако люди, принявшие Дхарму Будды, испытывают радость, слыша ее. Такие люди следуют Дхарме Будды и защищают ее.
         Я слышал об одном христианском священнике, который пришел в замешательство, прочитав о практике Чань. Он прочел истории о последователях, которые кричат на Будд и оскорбляют патриархов. В одной из историй группа монахов рассуждала о буддизме. Один монах сказал: «Если бы мне пришлось хотя бы один раз произнести имя Будды, после этого я бы полоскал рот в течение трех дней». Другой монах произнес: «Иди и приведи Будду. Когда я увижу его, я до смерти изобью его и отдам его труп на съедение собакам».
         Христианский священник был явно смущен. С одной стороны, буддисты заявляли, что верят в Будду и его наставления. С другой стороны, они отказывались произнести имя Будды хотя бы один раз, опасаясь осквернить свой рот; и в следующее же мгновение они по-прежнему молились и простирались перед ним. Священник не мог понять, что же за люди последователи Чань, и решил, что они, вероятно, не в своем уме.
         Во время моей последней поездки с Тайваня в Нью-Йорк мой самолет сделал промежуточную посадку в Сеуле. Корея. Во время полета я сидел рядом с христианским священником. В книге, которую он читал, были изображения статуй Будд в корейских чаньских храмах. Священник показал мне их и спросил: «Вы верите в статуи Будды?»
         Я ответил: «Я прибегаю к помощи статуй Будды, но не верю в них».
         Священник спросил: «Вы молитесь?»
         Я сказал: «Сам я не молюсь, но учу молиться других».
         Священник заметил: «Вы говорите, что не молитесь, но все же учите других именно этому. Вам не кажется, что Вы обманываете их?»
         Я объяснил, что в буддизме есть много уровней учения. На каждом определенном уровне существуют соответствующие методы практики и соответствующие наставления.
         «Например, – сказал я, – многие из моих учеников и последователей – христиане, и некоторые до сих пор ходят в церковь. Я думаю, это хорошо. Они учатся у меня и занимаются практикой, так как считают, что буддизм может предложить что-то такое, чего нет в их религии».
         «Чему Вы их учите?» – спросил он.
         «Я учу их не верить в Будду, не верить в Бога, не верить даже в самих себя».
         Священник был шокирован: «Это абсолютное безумие!» Затем он успокоился. Через какое-то время он спросил: «Вы не могли бы рассказать мне что-нибудь о буддизме?»
         Я сказал: «Если Вы действительно хотите что-то узнать, приходите в Чаньский центр в Нью-Йорке. Однако сейчас я устал и, если Вы не возражаете, хотел бы поспать».
         Я довольно часто говорю таким образом с представителями других вероисповеданий. Часто они начинают с того, что оплакивают мою принадлежность к буддизму. Однако затем многие из них просят меня что-нибудь рассказать им о Дхарме Будды.
         Дхарму Чань многим людям сложно принять, особенно если они привыкли к общепринятой религии и философии. До того как они поймут основы Дхармы Будды, они боятся чаньских наставлений. Обретя глубокое понимание чаньских доктрин, они часто ужасаются, понимая, насколько они далеки от того, чтобы быть подлинными последователями Дхармы Будды.
         Чань-буддизм не стремится к тому, чтобы обращать людей в свою веру или бороться с представлениями и верованиями других людей. Он предоставляет вам выбор – принять или отвергнуть Дхарму. Это ваша ответственность, ваша забота, ваш выбор.
         Человек, который впервые слышит Дхарму Будды, может испытывать к ней великое почтение, но ему все же может быть трудно изменить свои подходы и убеждения. Каждый человек обладает уникальной точкой зрения и уникальной, индивидуальной кармой. Было бы неправильно заставлять людей принять то, что они не готовы или не хотят принимать.
         
         Переходя чрез реки, океаны, горные потоки,
         К учителям стремясь, чтобы постигнуть Чань,
         Постигнув Дхарму Цаоци,
         Знакомлюсь с теми я, кто не подвержен смерти и рожденью.
         
         Юн-цзя много путешествовал, практиковал множество методов и посетил множество наставников. Когда он наконец встретил шестого патриарха Хуэй-нэна, который здесь упоминается как Цаоци, он понял, что все, что он совершил до этого момента, нимало не приблизило его к решению проблемы рождения и смерти. Ничто из того, что он делал в прошлом, не было подлинной практикой. При династии Тан жил чаньский наставник по имени Хуан-бо. Он был учеником Бай-чжана, который, в свою очередь, был учеником Ма-цзу. Все трое были выдающиеся чаньские наставники. Хуан-бо сказал: «В империи Тан нет ни одного наставника Чань».
         Что имел в виду Хуан-бо? У Ма-цзу и Бай-чжана было много выдающихся учеников, так что на самом деле чаньских наставников, проповедующих Дхарму Будды, было довольно много. Монахи и монахини проводят большую часть своей жизни в паломничествах, посещая храмы и монастыри и обучаясь у великих наставников. Хуан-бо имел в виду, что, если люди не могут уловить сущность Дхармы Будды, для них не существует чаньских наставников. Истинные это наставники Чань или нет – совершенно другой вопрос. Вы можете учиться у многих наставников, но если вы не понимаете Дхарму, которую они проповедуют, в действительности они не являются вашими наставниками.
         Многие последователи испытывают привязанность к своей практике или к переживаниям, возникающим во время практики. Часто бывает так, что последователи учились у нескольких наставников, читали сутры и посещали лекции и затворничества. Они познакомились с несколькими религиозными традициями и испробовали несколько методов практики. Последователи могут испытывать сильную привязанность к своим прежним переживаниям и наставлениям. Если они привязаны к своим духовным переживаниям, их практика будет страдать от этого. Когда люди решают практиковать под руководством только одного наставника, они должны отбросить все, что они изучали раньше, и усердно следовать своим новым методам практики.
         Когда ко мне приходят люди, ранее занимавшиеся практикой, я говорю им, чтобы они не гордились этим. Я советую им оставить позади все, что они изучали раньше, и вести себя так, как если бы они слышали о Дхарме впервые. Если они могут забыть все, что узнали до этого, и воспринять хотя бы одну строчку Дхармы, которую они слышат от меня, они добьются быстрых успехов. Однако если они не смогут сделать это, все предшествующие годы их практики, переживаний и изучения встанут перед ними и все мои слова будут оказывать на них небольшое воздействие. Наследие прошлого помешает им учиться у меня.
         Когда вы приезжаете на мои затворничества, я советую вам оставить позади не только то, что вы узнали от других учителей, но и то, что я сам говорил вам прежде. То, что я говорил вчера, не обязательно должно принести вам пользу сегодня. То, что я говорил две недели назад, не имеет отношения к вашей теперешней практике. Только то, что я говорю сегодня, полезно для вас сейчас. То, что я говорю в это мгновение, полезно для вас в это мгновение. Более того, то, что я говорю вам, полезно только для вас. То, что я предлагаю другому человеку, не имеет к вам никакого отношения.
         Правильный подход заключается в том, чтобы отбросить все положения Дхармы, все методы, которые вы изучали в прошлом, и все ваши прежние переживания. Оставьте все это позади и работайте только над вашим теперешним методом. Все, что вы узнали в прошлом, является основанием для вашей практики сегодня, но если вы будете пытаться сопоставить это с тем, что вы изучаете сейчас, это создаст препятствия в вашем сознании. Сила прошлого по-прежнему с вами, но вы должны дистанцироваться от нее.
         С другой стороны, если вы можете сохранить одну строчку Дхармы и воспринять ее всем своим существом, никакие другие наставления не нужны. Однако на это способны лишь выдающиеся последователи. У Ма-цзу был ученик по имени Фа-чан. Ма-цзу сказал ему: «Сознание – это Будда». Фа-чан принял эти слова близко к сердцу; он запомнил их и следовал им. Спустя много лет Фа-чан покинул Ма-цзу и поселился на Сливовой горе.
         Однажды Ма-цзу отправил к Фа-чану своего ученика с таким сообщением: «Ма-цзу изменил свою Дхарму Будды. Раньше он говорил: «Сознание – это Будда». Теперь он говорит: «Это не сознание, это не Будда». Что ты думаешь по этому поводу?»
         Фа-чан ответил: «Этот человек по-прежнему шутит? Он может сколь угодно часто изменять свою Дхарму Будды, но, что касается меня, я буду следовать тому, что знаю. Для меня сознание – это Будда».
         Когда посланник вернулся и рассказал Ма-цзу о реакции Фа-чана, Ма-цзу был удовлетворен. Он похвалил Фа-чана за его успехи: «Слива созрела».
         Когда Ма-цзу сказал Фа-чану, что сознание – это Будда, Фа-чан получил от этого пользу. Он осознал пользу и сохранил эту фразу. Впоследствии Ма-цзу мог говорить все что угодно другим людям, но это не имело никакого отношения к Фа-чану.
         Если вы получаете пользу даже от одной-единственной строки Дхармы Будды, вы должны держаться за нее и никогда не забывать ее. Если вы можете постичь одно слово истинной Дхармы, вам не нужно искать других учителей. Одного слова может быть достаточно для просветления. С другой стороны, если вы изучите много методов практики, но не сможете решить проблему жизни и смерти, на что годны эти методы?
         Не тратьте время на теорию и концепции. Непосредственно обращайтесь к методу. Возобновляйте свой метод, когда вы утратите его. Все, что я говорю во время лекций, всегда служит той же цели. Если я не буду ничего говорить, ваше сознание будет постоянно погружено в мысли и фантазии. Цель этих лекций – воссоединить ваше сознание, сфокусировать ваши мысли, пока все мысли не исчезнут. Пока вы не достигнете этого, я буду продолжать читать лекции.

12

День 3. Практика не ограничивается сидячей медитацией

  Чань – в том, чтобы идти; в том, чтоб сидеть;
         В словах иль тишине, в движенье иль покое – сущность неизменна.
         Спокоен будь, хоть пред тобою острый меч,
         И даже если яд тебе дают, покоя не теряй.
         
         В этой строфе Юн-цзя объясняет, что последователь никогда не отделяется от Чань, что бы он ни делал и где бы он ни был. Чань находится повсюду. Не важно, занимаетесь вы практикой или нет, вы никогда не отделяетесь от Чань.
         Иногда люди спрашивают меня: «Вы проповедуете японский Дзэн или китайский Чань?» Это смешной вопрос. В 1976 г. во время первого затворничества, которое я проводил в Соединенных Штатах, я сказал участникам: «Я не принес Чань с собой с Дальнего Востока. Чань не есть нечто такое, что я могу принести и отдать вам. Чань всегда существовал на Западе».
         На протяжении столетий люди спрашивали у наставников, что Бодхидхарма принес в Китай из Индии. Один наставник сказал: «Три фунта хлопка»: другой ответил: «Всего лишь большую чашу»; еще один сказал: «Большую репу». Один наставник посмотрел на свое одеяние и сказал, что оно сделано в Цзиньчжоу. Пытаться анализировать эти ответы столь же глупо, сколь неразумно было задавать первый вопрос. Это бессмысленные ответы на безумный вопрос. Чань не был привезен из Индии, когда в Китай отправился Бодхидхарма, и Чань не был привезен в Соединенные Штаты, когда сюда стали приезжать чаньские наставники. То, существует или нет Дхарма Будды, практика или чаньские наставники, не имеет значения: Чань присутствует всегда.
         Чань находится повсюду, даже в тех местах, где никто никогда не слышал о Дхарме Будды. Когда собака лает, это – Чань; когда кошка ловит мышь, это – Чань. Но это не означает, что собаки и кошки являются просветленными или что они могут обрести просветление. Чань – это одно, практика – другое.
         Есть и второе значение Чань для практикующего. Чань и медитация не обязательно тождественны. Чань не сводится к медитации. Ходьба, сидение, принятие пиши и сон могут и должны представлять собой Чань. В буддийской традиции ходьба, пребывание в положении сидя, а также стоя и лежа символизируют все действия, выполняемые человеком.
         Вчера один из вас сказал мне: «Я хочу уехать. Все, что я делаю во время сидения, – это дремлю. Я не достигаю никаких успехов. Я просто ем хлеб Чаньского центра».
         Я ответил: «Еда – это Чань. Это практика, если вы едите со сфокусированным сознанием. Останьтесь на затворничестве и ешьте как можно лучше».
         Ученик, который только что начал практиковать, посетил наставника и попросил у него метод. Наставник спросил: «Ты умеешь есть?»
         Ученик ответил: «Конечно. На самом деле, я только что досыта поел».
         Наставник спросил: «Ты умеешь спать?»
         «Даже дети умеют спать, – ответил ученик, – я проспал большую часть своей жизни. Я сплю слишком много и мало практикую».
         Наставник спросил: «Кроме еды и сна, ты хотел бы узнать еще и метод?»
         Ученик расстроился: «Не шутите надо мной. Я знаю, как есть и спать. Я хочу узнать, как заниматься практикой».
         Наставник ответил: «На самом деле ты не знаешь, как есть и спать». Ученик стал спорить с наставником, говоря, что он ел и спал на протяжении всей своей жизни. Наставник продолжил: «Когда люди едят, на самом деле они не знают, что происходит. Они едят с помраченным сознанием; а когда люди спят, они на самом деле вовсе не спят. Большую часть времени они проводят среди сновидений».
         Наставник сказал ученику, что когда тот ест, он должен сделать свое сознание однонаправленным, с полным вниманием и сосредоточением, и не думать ни о чем другом. То же самое со сном: когда ученик спит, он должен просто спать, полностью настроив свое сознание на сон – с абсолютным вниманием и без рассеяния. Это и есть практика. Как только ученик услышал эти наставления, он смог уверенно заниматься практикой.
         Во время затворничества вы должны полностью сфокусировать свое внимание на том, что вы делаете. В вашем сознании не должно быть никаких других мыслей. Означает ли это, что когда вы едите, спите или идете в туалет, все это – Чань? Это зависит от того, есть ли у вас отвлекающие мысли. Если ваше сознание не сосредоточено, это – не Чань. Если ваше сознание не является чистым, это – не правильная практика. Однако любая из этих вещей может быть Чань для того, кто действительно занимается практикой.
         Если, когда вы убираете комнату, ваше сознание направлено лишь на руку, держащую тряпку, и ни на что более, это – практика. Почему же тогда мы подчеркиваем значение сидячей медитации, а не медитации во время еды, сна или работы? Потому что сидячая медитация – это структурированный способ практики однонаправленности сознания, тогда как другие методы, входящие в состав нашей повседневной жизни, могут с легкостью выполняться автоматически. Мы забываем о том, что едим или спим, и теряемся среди блуждающих мыслей.
         Один из членов Чаньского центра недавно показал мне карикатуру, на которой был изображен зал для медитации. На рисунке чаньский наставник крепко спал, укрывшись за картонным изображением себя самого, сидящего в медитации, в натуральную величину, тогда как ученики усердно занимались практикой. Однако именно наставник, пребывавший в однонаправленном сне, уже вошел во врата Чань – не ученики.
         В старой чаньской истории рассказывается о последователе, который отправился в паломничество вместе со своим старшим братом в Дхарме. При любой остановке младший брат сразу же бросал на землю свою ношу, садился и начинал медитировать; тогда как старший брат опускал ношу на землю, ложился и засыпал. Тот брат в Дхарме, который медитировал, на каждом привале все больше сердился на него. Наконец он не мог больше сдерживать себя и пригрозил своему спутнику, что покинет его. Старший брат спросил, почему, и тот ответил: «Мы преодолели так много преград, покинув дом и став монахами. Время ограничено. Мы должны разумно использовать каждую минуту, а ты здесь готов проспать всю свою жизнь!»
         Протерев глаза, старший брат спросил: «А что плохого в том, что я сплю?»
         «Мы должны практиковать, а надлежащая практика – это сидячая медитация».
         Старший брат поднял «Песнь о Просветлении» и прочел ту строфу, смысл которой я сейчас объясняю вам.
         Младший брат согласился: «Возможно, ты достиг того уровня, когда сон может быть практикой, но я ещё не добрался до него. Для меня это не подходит».
         «Что именно не подходит?» – спросил старший брат.
         Младший ответил: «Мое сознание еще не успокоилось».
         «А на чем твое сознание должно успокоиться?» – спросил старший.
         Когда младший брат услышал эти слова, его сознание стало ясным и лучезарным. Он пытался заставить свое сознание успокоиться, но силы, которые он тратил на это, лишь делали его напряженным. Слова брата заставили его понять, что все его усилия были напрасны; они скорее рассеивали, чем сосредотачивали его сознание. Он освободился от своей принужденной решимости, и его сознание успокоилось само собой, сделавшись ясным и лучезарным.
         Если, занимаясь определенным видом деятельности, вы можете успокоить свое сознание настолько, чтобы оно перестало двигаться, это хорошо. Если ваше сознание сохраняет спокойствие и неподвижность при любых ваших действиях и в любой ситуации, оно во истину является успокоенным. Как вы думаете, как бы вы в таком состоянии отреагировали, если бы кто-то подошел к вам с острым ножом, намереваясь убить нас? Вы бы осознали, что кто-то приближается к вам с ножом, но не испытали бы страха. Для действительно успокоенного сознания нет ощущения страха, так как в таком сознании отсутствуют представления о личности, или «я», которое может погибнуть.
         Если бы я взял нож и вонзил его в воду, вы бы испугались? Если вы вошли во врата Чань, человек, нападающий на вас с ножом, привлек бы ваше внимание не в большей степени, нежели человек, вонзающий его в воду. Если вы испытываете страх, находясь в ситуации жизни и смерти, вы наверняка не вошли во врата Чань.
         

День 4. Непривязанность – вот истинная мудрость

         Лишь упражняясь много кальп в смиренье,
         Учитель мой с Дипанкарой сошелся.
         В кругах рождений и смертей вращаясь,
         Сансара беспрерывна, бесконечна;
         Постиг я нерожденное с момента, когда внезапно просветление обрел,
         Теперь ни слава, ни позор со мной не совладают.
         
         Учитель, упомянутый в первой, неполной строфе, – Будда Шакьямуни. Дипанкара – это Будда, живший бесчисленное множество эпох тому назад. До того как Шакьямуни стал Буддой, он был бодхисаттвой в течение бесчисленных жизней. В некоторых жизнях его убивали, иногда довольно жестоко. В одной из жизней люди мучили его, понемногу срезая с него кожу. Он даже чувствовал себя нездоровым после достижения Высшего Просветления: и все же, на протяжении всех этих жизней он никогда не испытывал страха. Миларепа также был болен, а однажды пострадал от отравления. Хотя Будда и Миларепа испытывали боль, в их сознании не было страха. Есть много историй о святых и мудрецах, которые подвергались ужасным мучениям и недугам, но не ощущали при этом, что страдают. Такие люди действительно проникли в сущность Чань. Если использовать технический буддийский термин, они достигли уверенности относительно не-возникновения дхарм, или явлений.
         Как я говорил раньше, Чань – повсюду, во всем. Вы постигнете это, если действительно поймете, что все дхармы являются невозникшими. Чаньскую практику называют внезапным методом, так как она приводит к мгновенному ощущению, что явления не возникают. Однако это ощущение может быть скоротечным. Скоротечное ощущение – это лишь мгновенная вспышка, и по прошествии времени ощущение угасает, оставляя после себя лишь искаженные воспоминания.
         Я говорю людям, которые имеют малый опыт практики Чань: «Возможно, вы думаете, что теперь вы свободны и достигли освобождения, но вы не правы. На самом деле ваша практика только начинается. Еще слишком рано говорить об освобождении». Многие последователи, достигшие первой стадии практики, хотят двигаться дальше и быстро обрести второе переживание. Не успев обрести второе переживание, они уже заглядывают на третий уровень. Люди с подобным отношением могут практиковать долгие годы и чувствовать, что они не делают никаких успехов. Они могут даже бросить свои занятия со словами: «Практика бесконечна. Я никогда ничего не достигну. Я прекратил делать успехи».
         Часто проблема заключается в том. что человек стал самодовольным и прекратил усердно работать после первого переживания. Конечно, если он действует подобным образом, ему не добиться успеха. Помимо самодовольства, в практику могут закрасться и многие другие препятствия. Люди, имевшие какие-то переживания на предыдущих затворничествах, должны забыть о них. Они прошли и остались позади. Помнить о них и вновь стремиться к их достижению – это серьезное препятствие.
         Не ожидайте слишком многого. Шакьямуни занимался практикой в течение многих жизней, на протяжении многих кальп, прежде чем в конце концов стал Буддой. Вы действительно ожидаете, что вы пройдете первую стадию, затем вторую и третью и так далее вплоть до Полного Просветления, не прилагая никаких усилий и не отклоняясь в сторону? Вы хотите выделить месяц или около того, чтобы достичь состояния Будды, а затем заняться чем-то другим? Это было бы немного несправедливо не только по отношению к Будде Шакьямуни, но и к вам самим, если вы действительно цените достижение просветления. Мы не должны надеяться на быстрые результаты. Мы должны просто заниматься практикой.
         Сделайте целью практики саму практику и примите ее как обязанность, необходимость, как еду и сон. Не практикуйте для того, чтобы достичь чего-либо. Не думайте, что практика превратит вас в Будду за время затворничества или даже за целую жизнь. Мы – гусеницы, ползающие по земле и питающиеся листьями. Мы не можем надеяться на то, чтобы за одну ночь превратиться в бабочек.
         
         В обители высокогорной пребывая,
         На горном пике, под огромною сосной,
         Я радостно предамся созерцанью,
         Покоен в мирной хижине монаха.
         
         Хотя наставники и патриархи на протяжении столетий говорили о том, что практика Чань не должна отделяться от обычных дел повседневной жизни, Юн-цзя утверждает, что в течение длительного периода времени следует заниматься практикой вдали от общества. После завершения этой стадии уединенной практики последователь может вернуться к обществу и обычной, повседневной жизни.
         Во времена династий Тан и Сун чаньская практика процветала в горах, а не в городах. Четвертый патриарх Дао-синь и пятый патриарх Хун-жэнь жили в горах в Хуанмэй. Шестой патриарх Хуэй-нэн посетил Хун-жэня на горе Дуншань, а затем отправился на юг, в провинцию Гуандун. Китайский император пригласил Хуэй-нэна в столицу, но тот отказался, предпочитая оставаться в горах Цаоси. Многие последователи в то время практиковали в горах или другом тихом, уединенном месте. Хотя и говорят, что практикой Чань можно заниматься где угодно, даже на улице, это справедливо лишь для человека с глубоким пониманием Чань. Такой человек может успешно заниматься практикой в любом окружении. Сумасшедший темп жизни густонаселенного города не оказал бы на его практику неблагоприятного воздействия. Однако таких людей мало. Начинающему не просто было бы заниматься практикой на улицах Нью-Йорка.
         Когда мы впервые начали проводить затворничества в Квинсе, люди обычно выходили на улицу, чтобы заниматься ходячей медитацией после обеда. Соседям не нравилось смотреть на то, как кто-то как зачарованный бродит вокруг их дома. Один участник затворничества лег на траву в чьем-то саду. Люди подумали, что он сошел с ума. Они захотели узнать, что происходит в Чаньском центре. Они даже угрожали нам тем, что вызовут полицию. Вот что происходит с вами, когда вы практикуете Чань на улице. Люди считают вас сумасшедшими. Конечно, если бы наш центр находился в центре Нью-Йорка, например, на Таймс-сквер, нам было бы не о чем беспокоиться. Там может твориться все что угодно, и никто не обращает на это внимания.
         Заниматься практикой в горах означает жить в изоляции и без материальных и эмоциональных привязанностей. Находясь в горах, последователь не живет в хижине; скорее, он должен спать в пещере или под ветвями сосны, растущими низко над землей. Хань-шань (Холодная Гора), великий чаньский поэт, вел подобный образ жизни. Последователь может даже построить себе примитивное укрытие с соломенной крышей, чтобы внутрь не проникал дождь; однако такие укрытия бывают очень немудреными, так как последователи обычно проводят в них день или около того, а затем идут дальше. Они поступают так, понимая, насколько просто привязаться к жилищу, даже если человек проводит в нем лишь пару дней. Дом и повседневная жизнь порождают привязанности и обязанности. Не имея дома, мы свободны от беспокойства, возникающего под воздействием стремления к комфорту и безопасности.
         Территориальный инстинкт так же силен в людях, как в птицах или собаках. Когда птица строит гнездо, она отгоняет от него чужих. Собаки охраняют свою территорию и нападают на незнакомых прохожих. Мы уподобляемся птицам и собакам, когда защищаем свои жилища. Последователь в горах должен соблюдать осторожность, чтобы не позволить своему соломенному укрытию превратиться в дом.
         Однако если вы не привязаны к дому и имуществу, вам не нужно жить в горах. На Тайване есть старый монах по имени Гуан-цзинь. Он живет в большом храме. Однажды кто-то спросил его: «Наставник Гуан-цзинь, зачем Вам такой большой храм? Разве Вы не переживаете о том, кто будет ухаживать за ним?» Наставник Гуан-цзинь сказал: «Это не мой храм. Он принадлежит каждому, кто приходит сюда и живет в нем. Я никогда не переживаю об этом».
         Кому принадлежит Чаньский центр? Все говорят, что он мой, но я не считаю его таковым. Этот центр – не мой, это одеяние – не мое, даже это тело – не мое. В данный момент мое тело принадлежит вам, а не мне.
         Хотя нет такого места, которое было бы вашим домом, нет и такого места, которое не было бы им. Если кто-то скажет вам: «Идите домой», – помните, что вы уже дома и всегда находитесь дома. По этой причине, живете вы где-то один час или всю жизнь, вы должны относиться к этому месту с уважением и содержать его в чистоте и опрятности. Последователи, одиноко живущие в горах, считают каждое место своим домом. Мир стал бы более совершенным, если бы все следовали этому подходу.
         Китайский иероглиф, обозначающий дом, – это пиктографическое изображение свиньи под крышей. Другими словами, дом – это такое место, из которого вам не нужно выходить, чтобы добыть пишу. Однако обладание домом приносит с собой проблемы. Кто-то должен ухаживать за ним. В древнем Китае добытчиком в семье был мужчина, и ему был нужен кто-то, кто мог бы оставаться дома и следить за свиньей. По этой причине китайский иероглиф со значением «безопасность» представляет собой пиктографическое изображение женщины под крышей. Мирянин чувствует себя уверенно и безопасно, только когда у него есть дом, супруга и пища. Где ваш дом? Вы в безопасности?
         Большинство людей ощущают безопасность, только когда они находятся у себя дома, но у подлинного последователя бесчисленное множество домов. Любое место, в котором он отдыхает, становится его домом, так как он испытывает ощущение безопасности и спокойствия везде, где находится. Куда бы он ни пошел, он повсюду хозяин: он никогда не беспокоится о том, где ему мыться, отдыхать или есть. В горах множество пищи – ягоды, листья, корни и орехи; а поскольку пища – повсюду, не нужно беспокоиться о том, чтобы выращивать или охранять ее. Вы не у себя дома, но в то же время вы не пребываете в одиночестве в горах. Этот центр медитации достаточно удобен. У вас есть крыша над головой, горячий душ и вся пища, которую вы хотите; поэтому, на эти семь дней, вы должны считать его своим домом.
         Начинающие последователи не должны лелеять романтические мечты о том, чтобы убежать в горы и заниматься уединенной практикой. Здесь много опасностей. Если вы не знаете, какие растения съедобны и целебны, вы можете закончить тем, что умрете от голода и отравитесь. Если вы не привыкли жить вне дома, вы можете оказаться не готовыми к перепадам погоды по мере смены дней и времен года. Многие последователи в Китае занимались практикой на юге страны, где зимой не слишком холодно. Тайвань – это остров к югу от побережья материкового Китая, и здесь снег лежит лишь на самых высоких вершинах. Горы Тайваня – хорошее место для занятий практикой.
         Однако великие последователи не тревожатся о погоде. Они просто практикуют. Миларепа жил в суровом климате, но был доволен своей жизнью. Великий последователь счастлив и доволен, потому что у него нет привязанностей. Он хозяин самому себе, так как он понял, что у него нет «и ». Во всех ситуациях он оказывается хозяином, так как ему ничто не принадлежит. Поэтому ему принадлежит весь мир.
         
         Не нужно после просветления стараться;
         Все дхармы действия различны.
         Когда привязанность к даянью побуждает, среди богов рожденье обретешь,
         Как если б выпустил стрелу в пространство.
         
         Есть два аспекта практики; совершенствование мудрости, или прозрения, и совершенствование заслуг. Обычные люди думают, что совершенствование мудрости означает накопление знаний в обычном смысле, то есть путем чтения книг и получения жизненного опыта. Они думают, что совершенствование заслуг означает подношение милостыни, пожертвования или помощь другим людям.
         Человек, который в результате больших усилий обретает обычное знание, может с гордостью воскликнуть: «У меня есть великое знание и мудрость!» Многие люди, занимающиеся благотворительной деятельностью, также испытывают гордость и воображают себя великими благодетелями человечества. Они подобны человеку, который приходит в ресторан и угощает всех выпивкой и обедом, раздает щедрые чаевые, а затем поднимается и начинает с важным видом расхаживать у двери, в то время как все присутствующие встают со своих мест со словами: «Благодарим Вас! Благодарим Вас!»
         В Китае, на Тайване, в Японии и других восточных странах есть люди, которые дают большие пожертвования на социальные или религиозные проекты, но с одним условием: чтобы их имя и заслуги были вырезаны на мемориальных досках и чтобы все могли их видеть. Если рядом с именами поместят их портреты, тем лучше. Монастырь Фогуан Шань (Гора Свет Будды) на Тайване представляет собой большой храмовый комплекс с множеством строений. Настоятель этого храма хорошо понимает человеческую психологию. В течение многих лет люди жертвовали деньги на храм, и настоятель помещал таблички с их именами на стенах многочисленных зданий, но два заметных места по обе стороны от главных ворот он оставил пустыми. Люди постоянно спрашивали у него, сколько нужно пожертвовать, чтобы их имена были помешены на этих местах. Наконец, кто-то подошел к настоятелю и сказал: «Послушайте, я богатый человек. Как насчет того, чтобы уступить мне одну сторону ворот? Мне даже не нужно все это место. Просто напишите мое имя сверху, и под моим именем останется еше место для других. Если Вы сделаете это, я пожертвую храму много денег». Сейчас оба эти места заполнены. Настоятелю кажется, что в обычной ситуации эти люди не стали бы жертвовать деньги на религиозные нужды. Они были готовы расстаться со своими деньгами только в обмен на то, чтобы их имена и деяния стали достоянием широкой публики.
         Один человек на Тайване хотел участвовать в выборах в законодательное собрание провинции. В течение пяти лет до предполагаемых выборов он путешествовал по всей стране и делал денежные пожертвования, чтобы его имя было записано в важных, общедоступных местах. Все воспринимали его как великого благодетеля. Это была мудрая рекламная кампания, и хотя его первоначальные вложения были велики, вероятно, он вернул все потраченные деньги за один год пребывания в должности.
         Искренний последователь не поступает таким образом. Даже если у него есть глубокая мудрость и прозрение, это не действует на него; в конце концов, это всего лишь мудрость и прозрение. Он помогает другим и спасает живые существа. Он не привязан к своим прежним деяниям.
         Когда бы и что бы вы ни делали, делайте это от чистого сердца. Однако, как только деяние совершено, оно находится в прошлом. Отбросьте его и больше не думайте о нем. Будда спас многих людей, но он не думал об этом таким образом. С точки зрения Будды, живые существа спасают себя сами. Однако наша точка зрения отлична от этого. Мы говорим, что, находясь в этом мире, Будда спасал людей. Мы также говорим, что он до сих пор спасает их, поскольку если бы не было Будды, в мире сейчас не было бы и Дхармы.
         Христианство придает значение тому, чтобы мы были щедрыми, чтобы мы жертвовали от чистого сердца. Благотворительность – это практика, ведущая в рай. Иисус говорил, что богатому человеку так же трудно пройти в царствие небесное, как верблюду – пройти в игольное ушко. Он говорил это, поскольку многие богатые люди не могут вынести расставания со своим имуществом. Они всегда имеют какой-то скрытый мотив. Фонд Рокфеллера – это благотворительная организация, которая финансировала многие замечательные проекты, но она по-прежнему гарантирует освобождение от налогов семье Рокфеллера. Если человек делает пожертвования или помогает другим, имея скрытые мотивы, на самом деле он не практикует даяние. Если вы собираетесь отдать какие-то веши, вы должны делать это без условий, отказываясь от всего, что вы отдаете, и забывая об этом. Если ваш мотив – то, что вы хотите попасть в рай, ваши действия не являются необусловленными.
         
         Лишившись силы, упадет стрела,
         И в жизни новой ты всем будешь недоволен.
         Разве сравниться может это с вратами недеяния святыми,
         Через которые на землю Татхагаты путь лежит?
         
         Истинный последователь не сосредотачивает внимание на плодах своих действий. После того как он отдаст что-нибудь, он отрекается от этого и не думает о последствиях. Это не означает, что он действует опрометчиво, необдуманно. Скорее, он действует спонтанно и в соответствии с Дхармой, он не цепляется за действия или их последствия.
         Буддийские представления о рае отличаются от христианских. Христиане считают, что рай вечен; стоит только попасть туда, и вы не покинете его. Согласно буддизму, рай также подвержен действию времени и изменениям. Вы можете переродиться на небесах благодаря заслугам пожертвований и добрых дел, но это лишь еще одно смертное существование. Хотя срок вашей жизни на небе может измеряться миллионами или миллиардами лет, в конце концов ваше время истечет, и вы вернетесь в мир людей или даже в нечеловеческую форму существования.
         Если вы можете действовать во всех ситуациях без привязанностей, а также без цели или мотива, само по себе это уже есть постижение истинной природы явлений. Совершение деяний без привязанности описывается китайским термином у вэй, что значит «недеяние». Он не означает, что мы ничего не делаем или остаемся апатичными и ленивыми. У вэй обозначает действие, которое совершается не ради самого себя, без скрытого мотива в сознании и не по расчету. У вэй – это деяние, которое не является расчетливым. Это – действие, которое не исходит из эгоцентричности. Если вы можете вести себя таким образом, лишенным привязанностей, без расчета или мотивов, вы действительно можете войти во врата Чань.
         Если вы обладаете правильным подходом или истинным духом чаньской практики, вы должны уделять всецелое внимание всему, что вы делаете, и вы должны стараться делать все как можно лучше. Не думайте о прошлом. Не думайте о будущем. Просто сосредоточьтесь на настоящем.
         С нашей точки зрения, Будда должен обладать безграничной мудростью и заслугами, чтобы спасать бесчисленные живые существа. На самом деле Будда не обладает мудростью и не обретает заслуг в результате благих поступком или благословений. Если он все еще обладает мудростью и заслугами, это не Будда. Это мы, а не он, говорим, что у Будды есть мудрость.
         Когда кто-то делает что-то плохое, вы можете подумать: «Как глупо! У этого человека нет мудрости». Вы видите, как муха бьется об стекло, пытаясь выбраться из вашего дома. Вы открываете окно, но она просто летает взад и вперед. Вы думаете: «Какая глупая!» Если у Будды есть мудрость, что он должен воспринимать как глупость? Вы думаете, Будда сказал бы: «Вот глупая муха!» По сравнению с Буддой все глупы, но это наша точка зрения. Сам Будда не воспринимает мудрости. Мудрость может существовать лишь по отношению к неведению. В просветлении нет разграничений.
         У Будды нет мудрости, нет прозрения, нет накопления заслуг. Такие понятия для Будды не существуют. Если вы хотите обрести мудрость и накопить заслуги, чтобы стать Буддой, вы стремитесь к невозможному.
         Великий чаньский поэт Хань-шань жил на Холодной Горе, от названия которой и происходит его имя. У него не было никакого имущества, даже штанов, однако он чувствовал, что нет ничего такого, что не принадлежало бы ему. Если бы Хань-шань пошел к императору династии Тан и сказал: «Все это мое», – его могли бы казнить за его наглость. Однако если бы император заявил Хань-шаню: «Весь мир принадлежит мне», – то Хань-шань, вероятно, ответил бы: «Да, ты прав». Хань-шань ни к чему не стремился. Он не заботился даже о собственном теле. Он был абсолютно свободен, лишен всяких привязанностей. Поэтому у него не было никаких ограничений собственности. Поскольку у него не было ограничений собственности, гора, на которой он жил, весь Китай, воистину вся Вселенная принадлежали ему.
         Я сказал, что у Будды нет мудрости. Вы можете, однако, подумать, что у него есть сострадание. Если есть сострадание, должно быть понятие о живых существах. Если Будда осознает наличие живых существ, он по-прежнему проводит разграничение и не является Буддой. Мы говорим, что Будда обладает состраданием, но, с его точки зрения, он лишен сострадания. Если мы чувствуем, что сострадаем, мы не Будды.
         После затворничества одна ученица сказала мне: «Мне кажется, что я – мать всего мира».
         Я сказал: «Это лишь иллюзия. Это сознание помрачения, а не мудрость». Я не говорю, что вы должны быть холодны и отчужденны. Сострадание к другим – это хорошая вещь, и она определенно много лучше, чем равнодушие. Я не говорю, что люди, делающие пожертвования из скрытых побуждений, дурны. Если их мотивы благи, то все, что они делают, порождает заслуги. На ранних стадиях практики люди могут испытывать сильное чувство сострадания: но некоторые так сильно привязываются к этим чувствам, что становятся фанатиками. Вы никогда не найдете истинного последователя Чань, который обладал бы манией фанатика.
         Не допустите ошибки в своих взглядах. Чань не выступает за нигилизм. Последователь Чань не говорит: «Я не собираюсь ничего делать». Скорее, с положительным и внимательным отношением, последователь делает все, что нужно, когда для этого приходит время, но он не делает ничего фанатично.
         Каков же тогда правильный подход к практике? Вы должны выяснить это. Однако если вы фанатично бросаетесь в чаньскую практику – практикуете, практикуете, практикуете, – как если бы вы хотели совершить революцию, вы на ложном пути. Это не есть практика Чань.

13

День 5. Нет замены тяжелой работе

Когда достигнешь корня ты, не беспокойся о ветвях,
         Подобно чистому кристаллу, в котором драгоценная луна сокрыта.
         Поскольку камень исполнения желаний ты обрел,
         Бессчетные блага к тебе, как и к другим, придут.
         
         Большинство людей придают большое значение пользе, которую можно получить от практики, однако они не хотят прикладывать усилий, необходимых для получения этой пользы. Обычный человек может завидовать богачу и стремиться к его богатству, но думает ли он о том, как этот человек приобрел деньги? Если бы он подумал, то понял бы, что для того чтобы заработать миллионы долларов, нужно потратить много времени и приложить много усилий и решимости.
         Однажды жила бедная женщина, которая была искренней, доброй и щедрой. Некое божество было тронуто ее поведением и появилось перед ней. «Я дам тебе все, что ты хочешь», – сказало оно.
         Бедная женщина ответила: «Я бы хотела золота». Божество указало пальцем на камень, и вот камень превратился в чистое золото.
         Божество спросило: «Есть ли еще что-нибудь, чего ты хочешь?»
         Женщина немного подумала, а потом сказала: «Чего бы мне действительно хотелось, так это иметь твой палец».
         После этих слов божество исчезло, а золото снова превратилось в обычный камень. Женщина испортила прекрасную возможность. Что хуже всего, она не поняла, почему божество так поступило. Даже если бы божество отдало ей свой палец, это бы не помогло ей. Способность божества превращать камни в золото происходит от силы его практики, а не от его пальца.
         В конце одной из лекций я спросил у слушателей: «Мне закончить или продолжать говорить?»
         Один ученик сказал: «Я не хочу больше слушать. Что бы я действительно хотел сделать – так это забрать Вас домой, чтобы Вы учили только меня». Что, если бы я согласился на его предложения? Вероятнее всего, у него дома я бы только ел, спал и читал. Была бы от этого польза ему?
         Каждый из нас обладает пальцем, который может превращать камни в золото, но для того чтобы открыть и развить свои способности, мы должны заниматься практикой. Проблема заключается в том, что большинство людей не хотят заниматься практикой так долго и так усердно. Даже если бы вам удалось заполучить палец с руки божества, это была бы лишь мертвая плоть. Она не принесла бы вам пользы. Иметь меня в качестве личного наставника – не так хорошо, как самому стать наставником.
         Вы должны обнаружить мудрость в ее основании. Если вы откроете свою собственную мудрость, вам больше не о чем беспокоиться, так как все происходит от мудрости.
         После смерти Альберта Эйнштейна ученые изъяли и исследовали его мозг. Они обнаружили, что его мозг был довольно обычным по размерам и внешнему виду. Откуда же тогда приходили все его научные открытия? Были ли они заключены в его мозговом веществе? Если бы мозг Эйнштейна пересадили в голову другого человека, унаследовал бы этот второй человек вместе с ним знания, личность и гениальность Эйнштейна? Какая нелепость!
         Вы не добьетесь успехов, если будете обращать внимание только на поверхностные явления и результаты. Вы должны проникнуть в основание, корни, причины. Если вы практикуете для того чтобы обрести сверхъестественные способности, или для того чтобы достичь просветления, ваши усилия пропадут даром. Если вы держитесь за наставника и думаете: «Этот человек обладает великой мудростью. Может быть, часть ее перейдет ко мне», – вы лишь дурачите себя. Вы должны заниматься практикой.
         Представьте себе, что вы назначили подруге свидание, чтобы пойти на прогулку в горы, но в этот день вы проспали, и она ушла без вас. Что бы вы стали делать? Возможно, вы подумали бы: «Уже слишком поздно», – и снова легли бы спать. Или, может быть, вы сказали бы: «Сегодня я решил пойти на прогулку, и я сделаю это. Лучше поздно, чем никогда. Если я выйду прямо сейчас, я даже могу догнать мою подругу». Что если на полпути к вершине вы бы встретили подругу, спускающуюся сверху, и она сказала бы вам, что вид с вершины не стоит затраченных усилий? Вы бы все-таки пошли дальше?
         Путь к состоянию Будды – это восхождение в одиночестве, но, когда вы его достигнете, вас окружит множество живых существ, и всем им будет нужна ваша помощь, ваше сострадание, ваша мудрость. Поскольку вы – Будда, вы естественным образом поможете каждому из них. Будучи обычным человеком, вы обладаете физическим телом и ограниченными способностями. Вы общаетесь с немногими людьми, а тех, кому вы помогаете, еще меньше. Большую часть времени вы находитесь в одиночестве и делаете все, что хотите. Однако, будучи Буддой, вы пребываете повсюду, и ваши силы безграничны. Бесчисленные живые существа ищут вашей помощи. Если вы знаете, что состояние Будды таково, зачем вам это нужно? С нашей точки зрения, точки зрения обычных живых существ, состояние Будды – это нечто ужасное. Но Будда не воспринимает это таким образом, потому что он не ощущает того, что он кому-то помогает. Для Будды нет таких вещей, как Будды или живые существа.
         Обычный человек может развестись с женой или мужем, но Будда не может «развестись» с живыми существами. Это парадоксально: путь к состоянию Будды проходит через уединение и одиночество, но, как только вы станете Буддой, вы уже не можете снова быть одни. Живые существа всего времени и пространства будут взывать к вам о помоши и благословениях.
         Однажды ночью я в одиночестве гулял по Токио. Я шел по узким переулкам и темным аллеям. Я видел людей то тут, то там, но когда я вышел на широкий проспект, я никого не увидел. Я подумал, что крупные улицы – не лучшее место для прогулок, и вернулся на узкие аллеи.
         Большинство из нас идут по внешним путям и следуют еретическим учениям, так же как я шел по темным аллеям. Дхарма Будды – это широкое шоссе, но им почти никто не пользуется. Будучи живым существом, вы держитесь узких улиц, поскольку так же поступают осе остальные. Вас утешает вид других людей. Вы не встретите много людей на широком пути, а к тому времени, когда вы дойдете до места своего назначения – состояния Будды, – вы останетесь в одиночестве. Рядом с вами не будет друга, который мог бы помочь вам, не будет врага, с которым вы могли бы поссориться. Таков одинокий путь к состоянию Будды.
         Ученик однажды спросил меня, встречаются ли когда-нибудь бесчисленные Будды из десяти направлений пространства на «все-буддийской всемирной конференции». Я ответил: «Если бы Буддам было одиноко или нечего делать, то, я думаю, они могли бы созвать собрание». Конечно же, я шутил. На самом деле. Будды не считают, что они что-то делают, и им никогда не бывает одиноко, поэтому им не нужно созывать собрания. «Все Будды десяти направлений пространства» – удобное выражение, которое легко запомнить, но в действительности каждый Будда существует во всякой точке времени и пространства. Поскольку Будды вмещают в себя все пространство и время, их нельзя локализовать в каком-то конкретном месте или в каком-то конкретном моменте времени.
         Мудрость и заслуги Будды безграничны, и он может появляться в бесчисленном множестве обликов, мест и моментов времени одновременно – так он помогает всем живым существам. Когда угодно, где угодно, если кто-то обладает кармической близостью с Буддой – то есть, если он живет в соответствии с Дхармой Будды, – он может получить от Будды помощь. Более того, один человек получает не больше помощи, чем другой. Это не похоже на наследство, которое дети получают от родителей. Если родители разделят свое имущество на три равные доли, но у них четверо детей, то один ребенок останется без наследства. Мудрость Будды безгранична, и в ней нет разграничений. Это похоже на то, как если бы родители могли разделить свое имущество на четыре части и все же отдать каждому из детей все свое имущество полностью.
         Постижение своей подлинной природы подобно обретению драгоценности мани, жемчужины неистощимой магической силы, которая может помочь и вам, и другим. Все мы обладаем драгоценностью мани , но мало кто из нас открыл ее для себя. Все мы являемся потенциальными Буддами, но мало кто из нас постиг свою изначальную природу. Мы должны заниматься практикой, и мы нуждаемся в руководстве. Дхарма Будды руководит всеми нами в равной степени, однако некоторые люди получают от нее больше пользы, чем другие. Одним звуком Будда возвещает всю целостность Дхармы Будды всем живым существам во всех мирах, но каждое живое существо улавливает в этих звуках разный смысл, а некоторые вообще ничего не слышат.
         
         Луна в реке находит отраженье, колышет сосны легкий ветерок,
         Что делать долгой благодатной ночью?
         Природа Будды и алмаз обетов сокрыты в основании сознанья.
         Туман, роса и облаков багрец – моя одежда ныне.
         
         Когда над рекой светит луна, кажется, что луна находится в воде. Однако луна ничего не утрачивает, когда отражается в воде. Луна появляется потому, что там есть вода. Подобно этому, последователь Чань, который помогает живым существам, делает это лишь потому, что рядом с ним есть живые существа, которым необходима его помощь. Оказывая помошь, последователь Чань ничего не теряет и не делает ничего особенного, так же как луна ничего не теряет и не делает ничего особенного, когда отражается в реке. Последователь помогает себе и другим, приносит себе и другим пользу, однако он делает это без желания получить пользу.
         Ветер колышет листья и ветки дерева лишь потому, что дерево преграждает путь ветру. Ветер не имеет намерения дуть сквозь дерево и не считает это своей заслугой; он просто дует. Подобно этому, истинный последователь не имеет личных мотивов, когда он помогает живым существам. Он просто помогает, потому что другим это нужно.
         Свежий ветерок и яркая луна соответствуют мудрости последователя. Мудрость благотворна для живых существ, но последователь не осознает того, что он что-то делает, так же как ветер не осознает того, что дует, а луна – того, что светит.
         Последователь Чань заинтересован лишь в том, чтобы обнаружить природу Будды и алмаз обетов, которые сокрыты в основании его сознанья. Природа Будды соответствует сознанию, лишенному помрачений. Алмаз обетов соответствует действию, которое не создает дурной кармы. Природа Будды и алмаз обетов – это аспекты состояния Будды. Последователь беспокоится только об этих двух аспектах. Все другие веши и действия относятся только к поверхностным явлениям и не имеют ничего общего с его сущностной субстанцией, которую Юн-цзя упоминает как основание сознанья.
         Юн-цзя подчеркивает, что не достаточно только постичь сознание истинной природы (природы Будды). Необходимо иметь чистые деяния. Без чистых деяний последователь усомнится в своей природе Будды. Чаньский наставник может думать, что достиг состояния чистого сознания Будды, но если он думает, что заповеди более не нужны, и ест мясо, пьет спиртное, неправильно ведет себя в сексуальном отношении или стремится к материальному обогащению, это несомненно вызовет проблемы. Последователь с такими идеями отклонился от истинного учения Чань и подвергся помрачению демонических препятствий. В истории школы Чань не было ни одного патриарха, который вел бы себя недолжным образом и при этом сохранил свое положение.
         Человек, который неустанно занимается практикой, в конце концов постигнет свою собственную природу. Польза, которую можно получить от подобной практики, бесконечна. Хотя человек помогает себе и другим, он ни к чему не привязан. Он – человек чистых деяний, человек, открывший свою природу Будды.
         Тот уровень, который я описываю, представляет собой очень продвинутую стадию. Немногие достигли его. В конце концов, вы постигнете свою собственную природу, и появится мудрость, но сейчас основополагающей и самой важной является практика. Кто-то из вас, возможно, не хочет тяжело трудиться. Возможно, вы принадлежите к тому роду людей, которые завидуют богачу, не думая о том, как тяжело он трудился для того чтобы разбогатеть. Если бы он рассказал вам, как он добился достигнутого им, захотели бы вы последовать его примеру? Услышав его историю, вы могли бы отказаться от попыток и продолжать жить со своей завистью. Это проще. Когда вы идете к своей цели, не расстраивайтесь, видя кого-то, намного опередившего вас в практике. Не думайте: «Практика – не для меня». Помните, некоторые люди быстрее других охладевают ею, а кто-то начал заниматься раньше вас.
         Когда вы восходите на гору, вы можете захотеть, чтобы вертолет поднял вас туда без всяких усилий с вашей стороны. Приятная фантазия, неоткуда возьмется вертолет? И даже если вы подниметесь наверх на вертолете, ваши впечатления будут полностью отличаться от впечатлений человека, который поднялся на вершину сам. Когда этот человек станет рассказывать о своих ощущениях, вы поймете, как много вы потеряли, и решите повторить все снова, на этот раз без какой-либо помощи.
         Архаты подобны тем, кто поднимается на гору на вертолете. Они возвысились над рождением и смертью, но их мудрость и заслуги ограничены. Они должны взбираться на гору шаг за шагом, чтобы достичь состояния Будды.
         Если вам дали вертолет, чтобы вы могли подняться на вершину горы, это не поможет вам. Вы должны совершить восхождение на гору, чтобы действительно прочувствовать это. То же самое верно относительно вашей практики. Нет замены тяжелой работе.
         

День 6. Подчинение желаний

         Молитвенная чаша, что дракона подавляет, и посох тот, что усмиряет тигров,
         Звеня колец железных парой, –
         Не подражанье соблюдению обетов,
         Но тот же посох, что у Татхагаты, и тот же путь, который он прошел.
         
         Загадочная строфа, но смысл понять несложно. В этих стихах описывается, как просветленный человек взаимодействует с обычными людьми. Повседневные потребности монаха просты и немногочисленны. Он носит с собой чашу, которую использует для сбора подаяния, и посох, который имеет несколько назначений. Он служит опорой при ходьбе; его кладут на плечи для переноски тяжестей: им измеряют глубину при переходе через реку – если посохом не нащупать дна, значит, здесь нельзя переходить реку вброд. Посохом можно также отпугивать животных или хищников в горах и лесах.
         На конце посоха обычно подвешены несколько колец. В этой строфе говорится о двух таких кольцах. На коротком посохе, которым я пользуюсь во время собеседований на затворничествах, шесть колец. Бродячие монахи трясли посохом и звенели кольцами, подходя к домам, чтобы люди заранее знали, что к их дому приближается монах с чашей для подаяний.
         В этих стихах чаша и посох имеют особое символическое значение, так же как и дракон и тигр, которых подчиняют и приручают чаша и посох. Во-первых, дракон и тигр символизируют самого последователя. Обычный человек наполнен мощными силами, желаниями, амбициями и привязанностями. Однако если у последователя есть только чаша и посох, то он достиг стадии, на которой у него больше нет множества привязанностей или сильных желаний. Его ненасытные амбиции усмирены. Подчинение дракона и приручение тигра обозначает преодоление привязанности к власти, которая присутствует во всех нас. Последователь, который обладает только чашей и посохом, оставил позади стремление к власти и богатству. Он также оставил позади семью и друзей.
         Во-вторых, подчинение дракона и приручение тигра обозначают способность последователя побеждать самых сильных людей, духов и божеств. Для того чтобы добиться этого, он должен избавиться от всего. Если он по-прежнему полагается на веши или обладает ими, он не сможет ничего подчинить или приручить. Наоборот, он будет подчинен или приручен тем, на что он полагается. Царь может подчинить свой народ, но он полагается на свою власть и войско. На самом деле, власть подчиняет себе самого царя. Только человек, который ни на что не полагается, подчиняет все себе.
         Много раз в истории Китая императоры посылали монахам предписание: «Приди ко мне!»
         Иногда монах просто отвечал: «Нет».
         Император мог угрожать ему: «Я отрублю тебе голову, если ты не придешь!»
         Монах отвечал спокойным посланием: «Моя голова здесь, шея готова. Отрубайте ее, если это будет Вам приятно».
         В конце концов, именно императору приходилось отправляться в путь, чтобы оказать почести монаху.
         Образ последователя, ведущего простую жизнь, не имеющего ничего, кроме посоха и чаши, может пробудить людей, погрязших во власти, или материальном богатстве или озабоченных ими. Если образ простой жизни может проникнуть сквозь толстую корку их сложной жизни, они могут понять, что все, что они имеют, непостоянно. Они могут захотеть изменить свою точку зрения и подражать простоте образа жизни монаха или последователя Чань.
         Человек, который покинул дом, чтобы стать монахом или монахиней, может быть выше или ниже императора. Люди на Востоке, которые понимают это, оказывают наивысшие почести бездомным последователям. На любом собрании членам Сангхи предлагают наилучшие места. Эта традиция существует до сих пор. Как правило, люди понимают, что монахи и монахини, не имея никакого положения, на самом деле занимают самое высокое положение.
         Эта традиция идет из Индии, поскольку индийцы питают большое уважение к бездомным последователям, брахманам и практикующим. В Китае уважение, оказываемое монахам и монахиням, зависело от отношения к буддизму в стране. В зависимости от того, кто в ней правил, Сангха либо пользовалась высоким уважением, либо к ней относились, как к грязи. Те, кто не верит в буддизм, не будут почитать буддийских монахов и монахинь, тогда как те, кто принимает Дхарму Будды, будут испытывать к ним великое уважение.
         В этих стихах бездомный последователь не проповедует и не распространяет Дхарму. Самого внешнего вида убежденного монаха или монахини достаточно для того, чтобы вызвать уважение к Дхарме. Бездомные последователил олицетворяют Будду, и к ним следует относиться именно так. На этом затворничестве каждое утро и вечер все вы простираетесь передо мной. Я надеюсь, вы понимаете, что вы простираетесь не передо мной лично. Мне не нужны такие почести и уважение. Для меня не важно, простираетесь вы передо мной или не обращаете на меня никакого внимания. Для меня это не имеет значения. Вы простираетесь перед Тремя Драгоценностями – Буддой, Дхармой и Сангхой, – олицетворением которых я являюсь.
         
         Ни к правде не стремясь, ни лжи не избегая,
         Пойми, что обе формы лишены, пустотны,
         Нет формы, пустоты, не-пустоты;
         Вот истинная сущность Татхагаты.
         
         В предыдущей строфе описывался внешний облик монаха или монахини. В этой строфе описывается внутреннее отношение последователя Чань.
         Если вы хотите достичь просветления, вы не достигнете просветления. Чем больше вы думаете о достижении состояния Будды, тем дальше вы от него. Если во время медитации вы будете противодействовать своим блуждающим мыслям, вы распахнете дверь, через которую сможет проникнуть еще больше блуждающих мыслей. Вы не должны противостоять ничему во время вашей практики или медитации.
         Истинным последователям, уже вошедшим во врата Чань, не нужны методы практики. Однако вы еще не вошли во врата Чань, и поэтому вы должны следовать методу. Если во время медитации вы все время осознаете свой метод и напоминаете себе о нем, когда вас одолевает поток блуждающих мыслей, этого достаточно. Не думайте о просветлении. Не сопротивляйтесь блуждающим мыслям. Если вы будете испытывать к ним отвращение, это лишь создаст напряжение в вашем сознании и теле. Просто придерживайтесь своего метода. Это – лучший подход для последователя Чань. Все заключает в себе полную всеобщность природы Будды. Зачем испытывать к чему-то отвращение?

14

День 7. Принять Единое Сознание за Отсутствие Сознания

Сознания зерцало отражает без помех;
         Его сиянье и обширность в бессчетных расточаются мирах.
         Различные явленья обретают плоть;
         Для совершенно просветленных нет ни «снаружи», ни «внутри».
         
         Стихи, помещенные выше, описывают чаньское состояние «отсутствия сознания». Если вы по-прежнему ощущаете наличие внешнего и внутреннего, это не Чань. Если вы чувствуете, что все находится внутри вас, это тоже не Чань. Когда сознание не движется, вам только кажется, что сознания нет, но это не так. Когда сознание не движется, оно по-прежнему сфокусировано на одной мысли. Поэтому лучше назвать неподвижное сознание состоянием «единого сознания». Человек, который достигает точки, когда сознание не движется, может чувствовать себя так, как будто у него нет сознания, однако он заблуждается.
         Когда остается только одна мысль, движение сознания незаметно. Это – состояние «единого сознания». В состоянии «единого сознания» нет разграничений – нет внутреннего и внешнего, близкого и далекого, хорошего и плохого. Человек в состоянии «отсутствия сознания» осознает явления, но не испытывает привязанности к ним. Если бы он не осознавал, что находится в состоянии «отсутствия сознания», он был бы дураком.
         «Отсутствие сознания» равно мудрости; «единое сознание» – нет. Сходным образом, низшие уровни самадхи  не равны мудрости. Человеку, переживающему самадхи , может казаться, что он не проводит разграничений, но на самом деле он не осознает устойчивый поток утонченных разграничений. На самом поверхностном уровне самадхи  – уровне первой дхьяны  – можно ощутить дюжину или около того разграничений за одну кшану. Кшана  – это период времени, необходимый для возникновения одной блуждающей мысли и равный одной шестидесятой части времени, необходимого для одного щелчка пальцами. За тот же период времени в обычном сознании происходит примерно шестьдесят разграничений.
         Только человек, пребывающий в глубоком самадхи, может сказать, что другой человек находится в самадхи, он может также определить глубину самадхи другого человека. Практика самадхи поступательна. Последователь должен достичь самого поверхностного уровня, а затем медленно углублять свое самадхи посредством практики. По мере углубления самадхи этот человек может различать количество и частоту разграничений, имевших место на предыдущих уровнях. Последователь, достигший поверхностного самадхи, не может определить свое собственное состояние. Он может думать, что достиг состояния «отсутствия сознания», но это ошибка.
         В этой строфе сознание сравнивается с зеркалом. Когда в сознании ничего нет, оно функционирует, как зеркало. Если в сознании что-то есть, оно не может функционировать чистым образом, так же как загрязненное зеркало не может ясно отражать предметы. Чистое сознание просто отражает. Существуют вещи снаружи или нет, не важно. Когда перед зеркалом перемещаются вещи, они отражаются в нем. Вот и все.
         Сознание Будды или просветленного существа содержит все, и все же в его сознании ничего нет. Все в сознании подобно грязи на зеркале, мешающей ему ясно отражать предметы. На самом деле веши не находятся и снаружи сознания; скорее, именно благодаря наличию сознания происходит все остальное, все остальное кажется существующим, так же как свет воспринимается только потому, что отражается от вещей.
         Если сознание человека действительно является чистым, оно безмолвно. В то же время оно функционирует. Сознание этого человека не подвержено более действию разграничения; оно наделено силой мудрости. Чистое сознание, отражая, взаимодействует с любым живым существом, которое соприкасается с ним. Однако сознание ничего не делает.
         Когда сознание действительно чисто, нет ни внутреннего, ни внешнего. Если существует одно, должны существовать оба. Вещи внутри и снаружи не могут существовать независимо друг от друга. Более того, когда есть внешнее и внутреннее, есть также разграничения и препятствия. Только в том случае, когда ни внутри, ни снаружи ничего нет, сознание может отражать все, как зеркало. В это время сознание действует благодаря мудрости. Оно не имеет намерения сделать одно, а не другое. Оно не помогает одному живому существу и не избегает другого.
         Это сознание мудрости стоит над пространством и временем. Оно не существует в конкретной точке пространства; оно существует в каждом участке пространства. Оно не существует только в этот момент времени; оно существует во все времена. Нет границ или преград. Каждый будет отражен в этом зеркале вне зависимости от того, имеет он кармическую связь с зеркальным сознанием или нет. Единственное отличие заключается в том, что те, кто имеет кармическую связь, поймут, что они отражаются в нем, тогда как те, кто не имеет такой связи, не поймут этого. Это важный момент: все, вне зависимости от наличия кармической связи, отражается в зеркале просветленного сознания. Те, у кого есть кармическая связь, видят свое отражение. Другими словами, эти люди подходят к зеркалу с открытыми глазами. Те, кто лишены этой связи, поворачиваются к зеркалу спиной. Они отражаются в нем, но не знают об этом: а если они повернутся к зеркалу лицом, их зрение не поможет им. Тем не менее, в этом зеркале отражаются все живые существа. Они не могут быть отделены и отстранены от зеркального сознания.
         Однажды ученик спросил меня: «Зачем нам нужно достигать состояния Будды? Уже существует бесчисленное множество Будд, однако мы не избавились от сансары».
         Я сказал: «Проблема не в Будде. Будда предлагает свою помощь. Мы просто не понимаем этого. Если мы еше не обрели спасение, это наша проблема».
         Чем сильнее ваша близость к зеркальному сознанию, тем яснее вы видите свое отражение. Те, кто обладает слабой связью, могут не узнать свое отражение. Тем не менее, является отражение прямым или непрямым, ясным или затуманенным, все, кто видит отражение, получают пользу от Дхармы Будды.
         Участники затворничеств могут уметь сосредотачивать свое сознание до определенной степени, и они могут даже уметь достигать элементарных уровней самадхи, но это не то же самое, что созерцание своей собственной природы. Однако такие начальные переживания являются важными и благотворными. Они есть основа хорошей практики. В конце концов, они приведут к восприятию своей собственной природы или к достижению глубоких уровней самадхи.
         Обладание чистым сознанием – это просветление. Просветленный человек употребляет свою мудрость на благо других людей. Вы можете не понимать его мотивов и смысла его поступков, но его дела не могут быть дурными. Человек, который идет дальше первоначального переживания восприятия своей собственной природы и достигает глубинного просветления, не подвержен действию мирских желаний. Когда глубоко просветленное существо видит человека противоположного пола, этот человек для него не отличается от мужчины, женщины, ребенка, собаки, кошки, матери или отца. Разграничений нет. Такого человека не затрагивают проблемы, беспокоящие обычных людей. Человек, узревший свою собственную природу, может также ощущать это, но его опыт будет не таким глубоким и долговечным. Другими словами, человек, который впервые открывает для себя свою собственную природу, впервые видит цель, которой он достигнет в самом конце. Увидев эту, пусть и еще далекую, цель, он будет иметь меньше проблем в своих действиях и поведении.
         Чаньский опыт восприятия собственной природы можно сравнить, хотя и не полностью отождествить, с первым плодом на пути Хинаяны. Подобные последователи Хинаяны no-прежнему испытывают желания, но эти желания не являются сильными. Они не совершают серьезных прегрешений, таких, как убийство, причинение вреда другим или воровство. Вот высказывание о человеке, обретшем первый плод на пути Хинаяны: «Когда он пашет, все существа, обитающие в земле, бегут от плуга». Такой человек не может совершить убийства, даже случайно. Подобно этому, человек, прозревший свою собственную природу, не может создать плохую карму, пока не иссякнет сила практики.
         Как вам достичь этого уровня свершений? Если вы продолжаете думать о просветлении, это подобно трубе, трубящей в вашем сознании. Это вызовет большие помрачения. Если вы попытаетесь достичь чего-либо, вы столкнетесь с трудностями. Значение имеют не ваши навыки медитации; это и не те веши, которые вы воспринимаете как достижения. Скорее, это ваше отношение к практике и ваше представление о Дхарме Будды.
         Если мотивацией вашей практики является желание, то желание будет и результатом вашей практики. Если вы практикуете с ненавистью в вашем сознании, то, в конце концов, вы получите то же самое, что двигало вами. Важно, чтобы ваша мотивация была искренней и чистой.
         Если вы практикуете с сексуальным желанием в качестве мотивации, вы можете преуспеть в сексуальных способностях. Возможно, вы сможете заниматься сексом с несколькими партнерами и никогда не будете уставать. И чем больше вы будете заниматься сексом, тем более здоровыми вы будете казаться. Подобно этому человеку, который занимается практикой с ненавистью в качестве мотивации, не понадобится пистолет или нож, чтобы совершить убийство. Он сможет использовать для совершения убийства силу своего сознания, даже если его жертва живет в нескольких тысячах миль от него. Мотивация вашей практики очень важна. Каковы ваши мотивы? Почему вы занимаетесь практикой?
         Если мотивация нечиста, сознание останется оскверненным. Последователь с оскверненным сознанием не может обрести глубокого просветления, узреть свою собственную природу или даже войти в глубокие уровни самадхи. Естественно, его поведение не будет образцом для подражания.
         Многие последователи объявляют себя буддистами, но на самом деле они сильно отклонились от Дхармы Будды. Есть некоторые наставники, чье поведение вызывает вопросы. Если это так, значит, они не настоящие чаньские наставники. Тем не менее, вы не должны винить наставников в ваших проблемах. Посмотрите на себя. Именно вы не имеете глубокого кармического родства с Дхармой Будды. Когда у вас есть более глубокое кармическое родство, вы встречаетесь с более хорошими наставниками и в конце концов вы узнаете свое отражение в зеркале сознания. Конечно, если вам кажется, что у вас есть кармическая близость с Буддой, вы уже узнали что-то в зеркале, и, возможно, вы находитесь на этом затворничестве по правильным причинам.
         Как только вы увидите свое отражение, усердно трудитесь. Благодаря усердной практике вы сможете в конце концов достичь самадхи или прозреть свою собственную природу. Чем усерднее вы практикуете, тем глубже вы постигаете свое сознание. Вы сможете различать разные уровни опыта, так же как сейчас вы можете проводить различие между тем, чтобы видеть воду, пить воду, прыгать в воду и становиться водой.
         Если вы будете усердно трудиться, вы можете достичь точки, в которой вы ничего не будете видеть или слышать, однако это не обязательно есть самадхи. Ваше сосредоточение может быть достаточно сильным, чтобы переместить внимание от глаз и ушей, но в сознании по-прежнему могут наличествовать блуждающие мысли. Сначала вы не будете знать, какого уровня самадхи вы достигли, но после вхождения в более глубокие уровни самадхи вы ясно осознаете свое психическое состояние. Если вы развиваете самадхи и углубляете уровни своего погружения, вы можете «предложить» себе выйти из самадхи по истечении определенного периода времени. Например, если вы скажете себе выйти из самадхи через три дня, вы покинете состояние самадхи именно по прошествии этого времени. В противном случае, вам придется ждать, пока не снизится сила самадхи. Впрочем, внешний стимул, такой как звон колокольчика, может оказаться способен вывести вас из самадхи.
         
         Стремленье к пустоте, причины отрицание и следствий
         Сулят страдания без счета.
         Один порок – существованья отрицанье, а также погружение в пустотность,
         Как если 6 мы в костер шагнули, чтобы в реке не утонуть глубокой.
         
         Слова об отсутствии внутреннего и внешнего способны ввести в заблуждение. Последователь может принять отрицание за свободу от преград. Он может подумать, что отсутствие преград дает ему свободу делать все, что он пожелает, без ограничений со стороны самодисциплины. Он может пить спиртные напитки и говорить: «Это всего лишь вода». Он может есть мясо и говорить: «Это животное все равно мертво. Кроме того, съев его мясо, я устанавливаю кармическую связь с этим живым существом». Он может спать с множеством женщин и говорить: «По крайней мере, я никого не убиваю. Никому не причиняю вреда. Мы оба согласились на это, и, кроме того, это похоже на освобождение». Это не просветление. Человек, который пытается обосновать такие поступки при помощи Дхармы Будды, обманывает себя.
         Неправильное понимание пустотности может привести к возникновению двух опасных подходов. Один подход – это апатия. Апатичный человек чувствует, что, поскольку все пустотно, он может с тем же успехом ничего не делать. Второй подход может быть назван безнравственностью, и он еще более опасен. Человек с такими взглядами чувствует, что его не связывают никакие морально-этические правила, и думает, что он может делать все что угодно. Такой человек может принести серьезный вред самому себе и другим.
         Некоторые люди, изучающие и практикующие Чань, попадают в эти демонические области. Это происходит потому, что они считают закон причин и следствий пустым. Они заблуждаются. Причины и следствия не являются пустыми. Даже мудрецы, достигшие высочайшего совершенства, должны принимать последствия всего того, что они делают. Например, если кто-то занимается практикой для того чтобы стать бодхисаттвой, а бодхисаттва, в свою очередь, занимается практикой для того чтобы стать Буддой, то состояние Будды является следствием практики этих людей. В конечном итоге, мы должны принять последствия всех наших действий. Если вы думаете, что причины и следствия пусты, вы подвергаетесь опасности оказаться в демонических состояниях, которые я описал. Причины и следствия пусты, но причины и следствия существуют. Это – основы Дхармы Будды. Когда Шакьямуни достиг состояния Будды, его предшествующая карма не исчезла. Его физическое тело получало воздаяние за прежние поступки.
         Привязанность к существованию и привязанность к пустотности одинаково неправильны. Если вы привязаны к существованию, как большинство людей, у вас будет возникать все больше и больше помрачений. Если вы привязаны к пустотности, вы будете отрицать реальность причин и следствий, и закончите с еще большим количеством проблем. Отрицание существования и привязанность к пустотности подобно тому, как если бы вы, спасаясь от глубокой воды, прыгнули в огонь.
         
         Если отбросишь иллюзорное сознанье и к истинному принципу приникнешь,
         Сознание стремленья и отказа мудрее станет. Но, того не понимая,
         Все в практике усердствуют иные,
         Как человек, за собственного сына грабителя принявший.
         
         Пытаясь понять предыдущую строфу, человек может подумать: «Поскольку привязанность к существованию иллюзорна и привязанность к пустотности также иллюзорна, я должен вместо этого сосредоточиться на подлинном сознании». Люди во многих религиях пытаются преодолеть иллюзорное и обрести подлинное. Эти люди дурачат самих себя.
         Мы знаем, что мысли иллюзорны, но в нашей практике мы не можем противопоставить этим мыслям идею поиска чего-то подлинного. «Подлинное» – это лишь понятие, которое мы сопоставляем с «иллюзорным». Отбрасывание иллюзорного с целью поисков подлинного – это лишь одно из действий заблуждающегося сознания.
         Когда вы мыслите в терминах истинного и ложного, отбрасывания и стремления, вы проводите разграничения. Пока вы проводите разграничения, вы всегда будете находиться в заблуждении. Такое помраченное состояние подобно тому, как если бы ночью вы приняли вора за своего собственного сына.
         Разграничения всегда приводят к путанице. Невежда может решить: «Мне не нравится восток. Я хочу отправиться на запад». Он поворачивается к западу и начинает идти. Он идет и идет, и в конце концов остается на том же самом месте. Все что он сделал, – это измотал себя. Он бы поступил лучше, если бы вообще не трогался с места. Если вы говорите, что вам не нравится дурное и вы стремитесь к благому или что вы стремитесь к реальному и хотите избавиться отложного, вы уподобляетесь невежде, повернувшемуся спиной к востоку ради запада.
         

День 8. Обретение меча мудрости

         Потеря совершенства Дхармы и истощение заслуг –
         Все вызвано поступками сознанья.
         Вратами Чань приди к тому, чтобы отсечь сознанье,
         И сразу же узри картину нерожденья.
         
         Именно деятельность вашего сознания разрушает ваше совершенство Дхармы и духовные заслуги. Если бы ваше сознание не участвовало ни в какой деятельности, вы бы немедленно вошли во врата Дхармы не-возникновения. Попытайтесь оградить свое сознание от движений. Когда сознание движется, вы проигрываете. Как только вы начинаете стремиться к чему-либо, вы уже что-то потеряли.
         Когда Бодхидхарма пришел в Китай из Индии, он встретил императора У династии Лян. Император рассказал Бодхидхарме, как сильно он поддерживает буддизм и покровительствует ему. Он распространялся о храмах, которые он построил, и о богатствах, которые он пожертвовал Сангхе. Он спросил у Бодхидхармы, как много заслуг он приобрел своими стараниями. Бодхидхарма ответил, что он вовсе не приобрел никаких заслуг.
         Заслуги, о которых говорится в этих стихах, – это духовные заслуги, лишенные привязанности. Если ваше сознание движется – если вы привязаны к своим действиям, – вы не обретаете никаких духовных заслуг. Император У не накопил духовных заслуг, которые описывает Юн-цзя, так как его действия были мотивированы его собственными интересами. Его заслуги обладали притоком скверны. Под притоками скверны я имею в виду действие, мысль или слово, которыми по-прежнему управляет привязанность. Заслуги, упомянутые в этой строфе, лишены притоков скверны. Это чистые заслуги – заслуги, исходящие от освобождения и абсолютной мудрости.
         Совершенство Дхармы иногда объясняют в терминах пяти видов совершенства. Пять видов совершенства – это заповеди, самадхи, мудрость (также называемая коренной, или фундаментальной, мудростью), освобождение и мудрость, проистекающая от освобождения (также называемая приобретенной мудростью). Коренная мудрость проявляется, когда человек узрит свою собственную природу, но она не используется для оказания помощи живым существам. Мудрость, проистекающая от освобождения, или приобретенная мудрость, проявляется после того, как человек достиг освобождения, и используется для помощи другим.
         Совершенство Дхармы – это не мирское богатство. Мирское богатство имеет форму и управляется притоками скверны, или привязанностями. Древний город Помпея был похоронен под пеплом после извержения Везувия. Когда были произведены раскопки, оказалось, что останки жителей города хорошо сохранились. Было найдено тело тридцатилетней женщины. Принадлежа к аристократии, она носила украшения, но теперь они уже не были ее собственностью. Вероятно, ее украшения находятся в стеклянном ящике в каком-нибудь музее. Даже ее тело может быть экспонатом в музее.
         Мирское богатство подвержено утрате, краже, ущербу, разложению и тысяче других явлений. Но ничто – ни время, ни силы природы, ни люди – не может отнять у нас совершенство Дхармы. Однако, если ваше сознание движется, это совершенство пропадает. Только в тот момент, когда ваше сознание прекратит двигаться, вы войдете во врата Чань. И в этот момент ваше сознание будет чистым, то есть будет отсутствовать. Тогда вы внезапно обретете мудрость не-возникновения. Такая мудрость не подвержена круговращению рождений и смертей.
         
         Герой великий мудрости мечом сверкает;
         Меч праджни лучезарен, как алмаз.
         Не только губит тех, кто встал на внешний путь,
         Но даже демонов небесных ужасает.
         
         Если вы можете приказать своему сознанию не двигаться и оно послушается вас, то вы – великий герой или великий человек. Но если вы не способны на это, вы просто обычный человек.
         Если вы можете остановить свое сознание, вы сможете продвинуться в своей практике и обрести мудрость. Мудрость так же тверда и долговечна, как алмаз, так же остра и могущественна, как несравненный меч. Мудрость действует как меч-ваджра ; она рассекает все. Меч, который король Артур достал из камня, был именно таким мечом. Если вы обретете этот меч, вы сможете рассечь все ложные учения и подчинить всех небесных демонов. Человек, практика которого достигла этого уровня, обладает замечательным красноречием. Как только он обращается к аудитории, или принимает участие в диспуте, люди проникаются к нему сильным доверием. Он обладает глубокой верой и мудростью. Такой человек обрел могущественный меч.
         Иногда человек может впасть в заблуждение. Он может глубоко верить в свои переживания, но его переживания могут не быть подлинными. Он может обманывать себя, а вместе с собой и другого. Если он верит в то, что его переживания подлинные, существует большая вероятность того, что его опыт является ложным. Поскольку мышление в терминах подлинного и ложного – это по-прежнему заблуждение.
         Я встречал человека на Тайване, который изучал трансцендентальную медитацию в течение долгого времени, и обладал абсолютным доверием к ней. Он верил в глубину своего опыта и мудрости и заявлял, что может все ясно видеть в этом мире. Он пришел ко мне, чтобы обменяться мнениями, но говорил только он. Я не мог вставить ни одного слова. В конце концов, мне удалось задать один вопрос, а затем он снова взял разговор в свои руки и разглагольствовал еше пятнадцать минут. Он не ответил на мой вопрос, но вместо этого повторил все свои представления. Я опять задал тот же вопрос, но он продолжал повторяться. Более часа я слушал его и размышлял над его словами. Все они сводились к нескольким пунктам, которые он воспроизводил снова и снова. Наконец, мое время закончилось, и я больше не мог говорить или, в данном случае, слушать. Когда человек уходил, он сказал: «Вы должны поверить в это. Вам придется поверить в это».
         Никто не мог бы опровергнуть этого человека, поскольку он никому не давал такой возможности. Он сказал, что посетил многих учителей, но никто из них не может сравниться с ним. Он думает, что его мудрость безгранична. На самом деле, это не мудрость. Это фанатизм. Он не обладает мечом-ваджрой . Его меч является ложным, поскольку он не проверяет его.
         Если вам кажется, что вы обладаете подлинной мудростью, не провозглашайте свои идеи в монологах, не давая никому вставить и слова. Если вы верите, что обладаете мечом-ваджрой, то обнажите его и примите вызов. Если меч развалится на куски, то это, очевидно, не тот меч, за который вы его приняли. Вы должны проверить свою практику и достижения. Человек, с которым я говорил, вытаскивает свой меч и кричит: «Не смейте обнажать свой меч!» Никто не делает этого, так как они напуганы. Это не вызов. Он размахивает ложным мечом. Конечно, его меч не является полностью бесполезным. Им можно резать корнеплоды и зелень. Но я не думаю, что это тот вид меча, который вам нужен.
         В любой момент практики вы можете сверить свое прозрение с буддийскими писаниями. Если оно не выдержит испытания, это не истинная мудрость. Однако в этом образе действий есть проблема. Вы можете неправильно понять сутры и извратить смысл, чтобы подтвердить свой опыт. Поэтому лучше всего опираться на буддийскую традицию и учиться у хорошего наставника.
         Я призывал одну женщину на Тайване изучать «Алмазную сутру» для того, чтобы познакомиться с буддизмом. Она сказала, что читает «Алмазную сутру» каждый день, но она толковала и понимала ее по-своему, что имело мало общего с традиционным буддийским толкованием.
         
         Пусть Дхармы гром гремит; бьет Дхармы барабан;
         Пусть состраданья облака амброзией прольются.
         Где царь слонов шагает, там нет меры благодати,
         Три колесницы и пять сущностей наличны.
         
         В этой строфе объясняется, как мудрость может помогать спасать живые существа, позволяя им обрести и ощутить мудрость. Буддизм проповедует совершенное равенство всех живых существ и стремится к освобождению их всех. Сравнения, использованные в этих строках, иллюстрируют это положение.
         Первые два сравнения – это звуки грома и барабана. В прошлом люди считали, что звук грома слышится всем и везде в одно и тоже время. Они не знали, что гром – это локальное явление. Они верили, что весной, когда в небе раздастся первый удар грома, все существа на земле, отдыхающие или находящиеся в спячке, мгновенно пробуждаются. В Индии есть легенда об особом барабане. Если намазать его кожу ядом, а затем ударить в него, то каждый враг, который услышит его звуки, умрет.
         Эти сравнения сопоставляют проповедь Дхармы Будды с ударом грома или звуками барабана, смазанного ядом. Удар грома, пробуждающий все живые существа весной, подобен Дхарме Будды. Дхарма пробуждает все живые существа, погруженные в сон помрачений, открывая им истины буддизма. Барабан, смазанный ядом, уподобляется способности Дхармы Будды опровергать ложные взгляды последователей внешних путей и демонов.
         Во второй строке облако сострадания подобно облаку, которое временно преграждает путь безжалостным лучам солнца в знойный день. Когда солнце в жаркий день закрыто тучами, люди испытывают облегчение. Жара, порожденная палящим солнцем, подобна страданию, вызванному помрачением, а облако, закрывающее землю и защищающее живые существа, – это Дхарма Будды.
         Я встречал людей, которые так сильно страдали от душевных помрачений, что пытались покончить жизнь самоубийством. Однако, познакомившись с Дхармой, они чувствовали себя лучше и вновь ощущали волю к жизни. Некоторое время тому назад ко мне приходила одна ученица. Она недавно развелась с мужем, и ее дети навещали своего отца и его новую жену. Она была так подавлена, что подумывала о самоубийстве. Я попросил ее принять участие в зимнем затворничестве. Сначала она отказалась, сказав: «Я не хочу заниматься практикой, я хочу умереть».
         Я сказал: «Пожалуйста, сначала посетите затворничество. Когда же оно закончится, то если Вы по-прежнему будете намерены убить себя, я не буду пытаться отговорить Вас от этого». К третьему дню затворничества ее состояние значительно улучшилось, а к концу затворничества она чувствовала себя заново родившейся. Она сказала мне, что ее жизнь начинается вновь. После этого дела у нее пошли на лад. Жгучая боль душевного расстройства, которую она испытывала, была смягчена и уменьшена Дхармой, так же как облака уменьшают палящий зной безжалостного солнца.
         Если бы в сухой местности не было облаков или росы, все бы погибло. Одной капли росы достаточно для того, чтобы поддержать жизнь. Так же обстоит дело с живыми существами, которые мгновение за мгновением страдают от жара помрачений. Малейшей порции Дхармы Будды достаточно для того, чтобы побудить их продолжить практику. Она поддерживает практику и помогает ей развиваться.
         Четвертый образ этой строфы – амброзия. Предполагается, что амброзия – это магический нектар, который дарует бессмертие человеку, выпившему его. Дхарма Будды подобна амброзии. Если вы выпьете амброзии, ваше физическое тело не умрет. Если вы осуществите учения буддизма, ваша мудрость будет вечной.
         Человек, который открыл истинную мудрость и использует ее для распространения Дхармы Будды, чтобы помогать живым существам, называется царем слонов. Слон, в особенности белый, это благоприятное животное. Царице Майе приснился сон о белом слоне с шестью бивнями, когда был зачат Будда. Царь слонов не связан мирскими обстоятельствами. Он выше мира. Великий последователь Чань – это царь слонов. Хотя он и живет среди людей и других живых существ, он не подвержен страданиям. Подобно царю слонов, просветленный последователь Чань не подчиняется ограничениям земного мира. Он поднимается над ними и помогает всем тем, кто имеет кармическое родство с ним.
         Изначально только Будда был царем слонов, но его ученики, последовавшие его примеру, также стали царями слонов. Будда был царевичем, но он не хотел стать царем, когда вырастет. Другие люди пытались уговорить его отказаться от его намерений, однако он не хотел их слушать. В процессе практики на него нападали легионы демонов. Некоторые приходили под видом солдат, пытавшихся испугать его. Другие приходили в облике прекрасных женщин, которые пытались соблазнить его. Он одерживал верх во всех ситуациях. Он не был привязан к царской власти; он не был привязан к страху боли и смерти; он не был привязан к желаниям плоти. Он возвысился над всеми мирскими желаниями и стал царем слонов. Он стал Буддой. Если человек не может достичь того, чего достиг Будда, он не является царем слонов. Он – слоненок с мечом, которым можно резать только овощи.
         Три колесницы, о которых говорится в последней строке строфы, – это бодхисаттвы, шраваки и пратьекабудды. Они также входят в систему двух колесниц буддизма Махаяны и Хинаяны.
         Первые три сущности принадлежат тем существам, которым суждено стать бодхисаттвами, шраваками и пратьекабуддами. Эти существа не могут покинуть путь, на который они встали, или отклониться от него. Четвертая сущность принадлежит тем существам, которым не обязательно суждено обрести одну из трех колесниц. Они могут достичь просветления, а могут и не достичь его. Они могут отступить от пути. Пятая сущность принадлежит тем, кому не суждено обрести ни одной из трех колесниц. Такие существа не развили благие кармические корни или кармическую близость с Дхармой Будды. Однако, согласно традиции Чань, все могут обрести просветление и стать Буддами, вне зависимости от того, какой природой они обладают в данный момент.
         
         Трава пинодхи на вершинах снежных растет в уединенье полном;
         Топленым маслом, ею порожденным, я наслаждаюсь часто.
         
         Снежные вершины – это Гималаи. В «Нирвана-сутре» упоминается растение под названием «трава пинодхи » (по-китайски фэй ни ), которая растет в этих горах. Если корова поест этой травы, то ее молоко будет подобно топленому маслу. В этом сравнении чистая сущность травы пинодхи  не может быть получена искусственным путем. Трава пинодхи  олицетворяет драгоценную сущность буддийских учений. Есть особое топленое масло – то же, что пить амброзию. Человек, который практикует Чань и обретает просветление, сможет проповедовать Дхарму и, что бы он ни сказал, это всегда будет выражать сущность Дхармы Будды.
         Когда я провожу чаньское затворничество, я часто ощущаю себя коровой, дающей молоко своим телятам. Когда телята сосут корову, она худеет, тогда как они становятся большими и сильными. После чаньского затворничества я чувствую себя, как корова, – слегка похудевшим и ослабевшим. Было бы здорово, если бы я делал только то, что ел траву пинодхи, а все мои слова были подобны топленому маслу. Однако когда все сказано и сделано, не все получают от этого большую пользу.
         Некоторые люди просто не понимают. Дайте им женьшень, а они решат, что это морковка. Накормите их топленым маслом, а они решат, что это свиное сало. Конечно, они получают пользу даже если не понимают, но не такую большую, какую могли бы получить в том случае, если бы знали, что они делают и почему они это делают.
         Буддизм говорит, что все живые существа равны. Однако лишь некоторые люди имеют кармическое родство с Дхармой Будды. Существа, обладающие таким кармическим родством, знакомятся с Дхармой, ценят и понимают ее и получают безграничную пользу.
         Однако вы не можете никого заставить понять наставления и не можете принудить никого к практике. Хотя все живые существа равны, некоторые из них получают больше пользы от Дхармы, чем другие.

15

День 9. Ускользающая природа Будды

Все сущности пропитаны лишь сущностью одной;
         Сокрыты в Дхарме одинокой дхармы все.
         Одна луна во всех блистает водах;
         Все луны во всех водах суть одна.
         
         Давным-давно моя мать сказала мне: «Ты – младший из моих семи детей, но, с первого до последнего, все вы причинили мне одинаковую боль. В моих страданиях не было отличий, и все же все вы отличаетесь друг от друга. Кто-то из вас умен, кто-то – тугодум, кто-то ведет себя плохо, кто-то – хорошо. Все это – ваши собственные поступки. Этого предвидеть я не могла. Я никогда не могла предсказать, кто у меня родится – мальчик или девочка. Каждый ребенок получил от меня совершенно разные свойства. Кто-то из вас вырастает более красивым, чем другие. Твоя сестра пожаловалась мне: «Мама, как ты могла сделать меня такой уродиной?» Я сказала ей: «Это твои дела. Это ты растешь уродиной. Я не имею к этому никакого отношения»».
         Великий чаньский наставник в равной мере спасает все живые существа, давая каждому из них равные подношения Дхармой Будды. Он рассматривает все живые существа как равные. Все существа совершенно равны. Все едины в природе Будды, поскольку природа Будды универсальна. Однако то, что каждый человек делает с этими подношениями Дхармой Будды, может иметь различный характер.
         Вода – это вода, где бы она ни была. Капля росы или океан – это все равно вода. Природа Будды – в вашем теле и в моем, в собаке, в свинье, в траве. Природа Будды повсюду одинакова. Собачье дерьмо обладает той же природой Будды, что и Будда Шакьямуни. Нет разницы. Если вы посмотрите достаточно пристально, вы увидите во всех вещах одну и туже вещь и все веши. Нет никакого отличия между песчинкой и сокровищами царя Соломона.
         Конечно, если бы вы стали проповедовать это на улице, люди подумали бы, что вы сошли с ума. Эти стихи объясняют высший принцип, а не повседневные явления. Если вы думаете, что можно пойти в туалет и поклониться унитазу, а не Будде, подумайте еще разок.
         Ученик наставника Сюань-хуа в Калифорнии услышал, как наставник сделал похожее замечание, и во время обеда он положил на обеденный стол кусок дерьма. Наставник Сюань-хуа спросил: «Что ты делаешь?»
         Тогда ученик упрекнул его: «Смотрите, это разграничение! У Вас разграничивающее сознание!» После этого случая наставник Сюань-хуа велел ему уйти. Этот конкретный монах был высокого мнения о себе и, вместо того чтобы выслушивать поучения своего наставника, настаивал на самостоятельном образе действий. Его не интересовала учеба; он просто хотел бросить вызов наставнику. В данном случае он не смог понять того, что принцип, или область ноуменального, отличается от области феноменального. Наставник Сюань-хуа объяснил: «Не клади дерьмо на обеденный стол. Шакьямуни никогда не ел дерьмо. Когда я говорю, что дерьмо и Шакьямуни тождественны, я говорю о реализации, которая приходит за счет практики. Я не говорю о конкретном мире. В феноменачьном мире явления по-прежнему остаются явлениями. Шакьямуни – это по-прежнему Шакьямуни, дерьмо – это по-прежнему дерьмо». Просветленный человек понимает и признает, что мир явлений – не то же самое, что принцип.
         
         В мою природу проникает всех Будд различных тело Дхармы;
         Такое, как у Татхагаты.
         Один этап содержит все этапы,
         Не только форму, иль сознанье, иль деянье кармы.
         Лишь щелкни пальцами – ты восемьдесят тысяч врат откроешь,
         За миг три кальпы пролетят.
         Что общего с духовным пробужденьем
         У чисел, выражений, отрицаний?
         
         Воспринимать собачье дерьмо как Шакьямуни или относиться к Шакьямуни как к собачьему дерьму неверно. Вы не можете выразить дхармовое тело, или Дхарму Будды, ни в какой форме, облике или материи, не можете выразить его и в каком-либо образе действий. Это не означает, что природа Дхармы отдельна или отлична от этих вещей. Вы не можете рассматривать природу Дхармы отдельно от материи и поведения, но вы также не можете сказать, что форма, материя, сознание или поведение есть дхармовое тело. Все эти вещи иллюзорны и непостоянны. Каждая внутренняя и внешняя дхарма совершенным образом согласуется с дхармовым телом, но ни одно отдельное, изолированное явление не может выразить всю целостность дхармового тела.
         Когда Юн-цзя говорит, что в его «природу проникает всех Будд различных тело Дхармы», он прав, поскольку его природа никоим образом не отличается от природы всех Будд. Однако если бы вы хотели сказать: «Я идентичен дхармовому телу всех Будд», – или: «Все дхармовые тела всех Будд – во мне», – вы бы ошиблись. Говорить, что вы никогда не отделяетесь от дхармового тела всех Будд, правильно, но вы не можете заявлять, что вы – это тело Дхармы всех Будд.
         Ваша природа, моя природа и природа Будд едина – совокупна и никак не расторжима, – поэтому нельзя указать на что-то в себе и сказать: «Это – моя собственная природа», – и указать на что-то другое и сказать: «Это – природа Будд». Вы не можете разделить их.
         Туман и лед могут находиться в разных физических состояниях, но все это – вода. Вода в молоке – такая же, как вода в чае, и она такая же, как вода в моем теле и на земле. Она может проявляться в бесчисленном множестве способов, количеств и мест, но ее основополагающая природа – это вода. Подобно этому, природа Татхагаты тождественна вашей природе.
         Хотя мы и говорим о бесчисленных вратах Дхармы, бессчетных Буддах и бесконечных проявлениях природы Будды, если за один миг вы постигнете свою собственную природу, вы встретитесь лицом к лицу со всеми Татхагатами и Буддами. Это означает, что вы неотделимы от них.
         Реализация природы Будды – одна и та же, вне зависимости от того, на какой стадии практики вы находитесь. Сущность природы Будды всегда одна. Вы можете пить кофе, но вы не станете пить плевок другого человека: однако вода в них одна и та же. То, что вы обретаете на одной стадии реализации, равно тому, что вы обретаете на любой другой стадии. Возможно, на первой стадии вы обретете чашку с плевками. Будьте довольны, это начало. По крайней мере, в основе это вода. На следующей стадии вы можете получить стакан обычной воды, а на более поздней стадии, быть может, – чайник с только что сваренным кофе. Один человек может использовать маленькую чашку и получит лишь несколько капель воды. Другой человек может использовать бочку. Вода – одна и та же, но сосуды различны. То, что получает каждый человек, – это одно и то же и вместе с тем разные веши.
         Помните, истинная природа – это сущность, а не количество. Вы можете ощутить истинную природу, недолго занимаясь практикой; можно обрести все за одно из мгновений своей жизни. Это все равно что уравнять все сокровища царя Соломона с одной песчинкой. Природа, или сущность, песчинки присутствует во всем остальном. Было бы неправильно говорить, что песчинка обладает маленькой природой Будды, тогда как гора обладает большой природой Будды. Если я потяну вас за палец, я могу сказать, что это только палец, но я полностью увлекаю вас за собой. Ваши волосы – это по-прежнему вы. Если бы мне нужно было вытащить хотя бы несколько волосков, я думаю, что вы бы согласились со мной.
         Мои объяснения, так же как и это стихотворение, неудовлетворительны. Они могут помочь вам немного понять Дхарму Будды, но, как только вы постигнете принцип, вы увидите, насколько неадекватны слова. Последние строки вышеприведенных строф напоминают нам об этом. Споры, диспуты и проповеди не имеют ничего общего с подлинным переживанием. Самая красноречивая речь исходит от движущегося сознания. Лишь когда ваше сознание неподвижно, проявляется мудрость.
         
         Оно незыблемо и не нуждается в хвале,
         Его природа бесконечному сродни пространству.
         Не покидая местопребывание свое, оно всегда хранит прозрачность.
         Когда ты ищешь, ты найти его не можешь.
         Нельзя его схватить или отбросить;
         И лишь в необретаемом его ты обретешь.
         
         Невозможно обрести природу Будды, хватаясь за нее. Природа Будды – это не что-то такое, что можно объяснить или похвалить. Она велика, как пустое пространство, и мала, как пустое пространство. Она содержит все. В самом быстром щелчке пальцами каждый момент времени содержится в ней. Как вообще можно восхвалять то, что находится за пределами понимания?
         Где бы вы ни были, вы можете воспринять природу Будды. Но в тот миг, когда вы погонитесь за ней, она ускользнет: вы не сможете найти ее.
         Природу Будды нельзя ни схватить, ни отбросить. Она может быть обретена, только когда она не обретается. Как вы можете себе представить, об этом нельзя сказать слишком много. Поэтому если вы не можете обрести ее, как вы обретаете ее? Как вы можете обрести что-то, не обретая этого? На самом деле, никакого обретений нет. Природа Будды здесь с самого начала.
         Мой вопрос таков: «Где ваше сознание?»
         Я расскажу вам кое-что о природе Будды: когда сознания нет, это она. Но когда вы направляете на природу Будды свое сознание, она исчезает.
         

День 10. Нет такой вещи, как правильное или ложное

         Молчанье разговоров, тишина бесед,
         Врата деяния раскрыты без остатка.
         Пусть кто-то спросит, что за принцип я толкую,
         И я отвечу: «Силу Махапраджни».
         
         Никто не знает, прав я или нет,
         И даже боги не поймут, согласен я иль возражаю.
         Я практике на много кальп предался;
         Не лгу я вам, как ловкачи иные.
         
         Эти строки описывают поведение человека, обретшего Великое Просветление. Он ведет себя так, как есть. Не важно, что другие люди говорят о нем или как они к нему относятся. На него нельзя оказать влияние или заставить измениться каким-либо образом. Подобный последователь – величайший из благодетелей, величайший подноситель высшей Дхармы.
         Есть три типа подношений: подношение материальных вещей, подношение Дхармы и подношение не-деяния. Обычные люди делают подношения материальными вещами. Понимающие люди делают подношения Дхармой. Обладатели великой мудрости и заслуг делают подношения не-деянием.
         Человек, описанный в этих строках, принадлежит к третьей категории. Понимающие люди должны говорить, чтобы сделать подношения Дхармой, но не важно, говорит великий чаньский наставник или нет. Он все равно делает подношение. Говоря, он делает подношение; не говоря, он делает подношение.
         Просветленный человек с большими заслугами может дать людям все, что им нужно. Иисус Христос был чрезвычайно беден, и все же у тех, кто следовал за ним, было что поесть. Если вы ничего не имеете или ничего не хотите, то когда вам что-то понадобится, вы получите это. Если бы вы спросили великого практикующего о том, как ему удается делать такие вещи, он бы ответил: «Я не знаю и не понимаю частностей. Это не моя сила; это сила Махапраджни, или великой мудрости». Великая мудрость не принадлежит практикующему. Он ничего не имеет и ничего не хочет. Если бы он заявил, что у него есть какая-то сила, это была бы гордость, а не мудрость. Мудрость не принадлежит ему, мне или вам. Если бы это была ваша мудрость, она была бы так же ограниченна, как вы сами.
         Великий последователь Чань может казаться правым, неправым, непостижимым, даже безумным. Один проповедник Дхармы однажды пожаловался мне на чаньского наставника. «Этот человек сумасшедший, – сказал он, – Когда вы говорите о существовании, он говорит о несуществовании. Когда вы говорите о «я», он говорит о «не-я». Если вы начинаете говорить о несуществовании, то он говорит о существовании. Вы не можете выиграть. Каждый раз, когда вы что-то говорите, он говорит совершенно противоположное. Если бы я был Вами, я бы не обращал на него внимания. Он не в себе!»
         Этот конкретный чаньский наставник не обязательно ведет себя таким образом со всеми, не ведет он так себя и все время. Это зависит от ситуации. Иногда он может казаться нормальным. Он может говорить обычные веши. В другой ситуации он может казаться совершенно иррациональным. Вы не можете судить о таком человеке.
         Днем вы можете увидеть его простирающимся перед статуей Будды, а ночью – разрубающим ее на растопку. Он может освободить животное, которое должно быть вот-вот убито, а затем сесть за тарелку с горячим куриным супом. Нет стандарта поведения, по которому вы можете судить о нем.
         Был современный чаньский наставник по имени Живой Будда Золотой Горы. Богатый человек попросил его помочь его дочери, которая умирала от туберкулеза. Врачи отказались от нее. Когда наставник подошел к ее кровати, он поднял ее на руки и сильно поцеловал в губы. Она попыталась вырваться, и другие тоже пытались остановить его, но он не отпускал ее десять минут. Затем он выпустил ее, повернулся и изверг из себя множество отвратительной черной слизи. Люди были потрясены и исполнены отвращения. Они спросили, как он мог выдержать и высосать все это из нее. Он сказал: «А что в этом ужасного. На самом деле, это достаточно вкусно». Он собрал слизь, поджарил и съел ее. Таким образом девушка была излечена.
         Я не думаю, что вы приняли бы его за обычного человека. То, что он говорит и делает, может казаться лишенным смысла, но вы не обладаете силой практики, чтобы понять его. Его действия опираются на опыт долгих занятий практикой. Вы не можете понять его, не говоря уже о том, чтобы подражать ему. Если бы вы поцеловали человека, умирающего от туберкулеза, вы. наверное, тоже умерли бы.
         
         Воздвигнув знамя Дхармы, главный принцип указав,
         Завета Будды Цаоци держался очевидно.
         Светильник первым взял Махакашьяпа;
         И двадцать восемь поколений в Индии его хранили,
         
         К востоку Дхарма устремилась и проникла к нам,
         Где первым патриархом Бодхидхарма стал.
         Передавали одеяние друг другу шесть поколений, как известно среди нас,
         А те, кто позже к Дао обратился, не могут быть сосчитаны никак.
         
         В этой строфе описывается передача Дхармы в школе Чань – передача без помощи слов. Знамя Дхармы – это длинный круглый сверток ткани, свисающий с карнизов крыши храма. Знамя – это знак, сообщающий людям о том, что происходит в таких местах. Юн-цзя использует это как символ того, что Чань полагается не на слова или язык, а на непосредственное восприятие.
         В строфе говорится, что Чань передавался через непосредственное восприятие со времени Будды вплоть до шестого патриарха, который был современником Юн-цзя. В Индии было двадцать восемь поколений патриархов, начиная с Махакашьяпы. Двадцать восьмым патриархом был Бодхидхарма, и он стал первым патриархом в Китае. Хуэй-нэн (Цаоци) был шестым патриархом в Китае. Это не означает, что только патриархи достигали просветления. И до, и после Бодхидхармы было много последователей, которые достигли цели Чань.
         
         Не остается истина сохранной, а ложь пуста всегда.
         Когда мы устраним существованье с несуществованьем, то, что не пусто, сразу опустеет.
         Все двадцать врат пустых провозглашают непривязанность.
         Всех Татхагат – одна природа; и сущность их одна.
         
         Нет такой веши, как истина или ложь. Они суть одно и то же. Для Татхагаты истинное и ложное в равной степени заключают в себе сущность его природы. Нельзя говорить об истинном и ложном как о самостоятельных вещах.
         Неверно говорить, что истинное и ложное существуют вечно, и неверно говорить, что истинное и ложное существуют только в сознании. Чтобы понять это, вы должны сначала познать пустотность истинного и ложного. Затем вы должны познать отрицание пустотности истинного и ложного. На этом этапе слов больше нет. Если вы можете по-прежнему говорить об этом, то все еще есть пустотность, которую предстоит опустошить.
         Вы можете подходить к пустотности под разными углами зрения. В стихотворении упоминается о двадцати типах, но Юн-цзя не называет их. Возможно, Юн-цзя заимствовал эти двадцать типов пустотности из восемнадцати пустотностей, описанных в «Махапраджняпарамита-сутре», которые суть: 1) внутренняя пустотность; 2) внешняя пустотность; 3) и внутренняя, и внешняя пустотность; 4) пустотность пустотности; 5) великая пустотность; 6) окончательная пустотность; 7) пустотность существования; 8) пустотность несуществования; 9) бесконечная пустотность; 10) безграничная пустотность; II) пустотность неоспоримого; 12) пустотность изначальной природы; 13) пустотность всех элементов существования; 14) пустотность формы; 15) пустотность недостижимого; 16) пустотность «ничто»; 17) пустотность собственной природы; 18) пустотность отсутствия собственной природы.
         Есть много таких категорий, но все они представляют собой различные способы выражения одной веши – пустотности. Собственная природа пуста. Ваша собственная природа – это пустотность собственной природы.
         
         Сознанье – это орган чувств; его объекты – дхармы.
         Подобны оба пятнам на зерцале.
         Как только стерта пыль, блистает свет.
         Когда забыты и сознание, и дхармы, то истинная сущность.
         
         В этой строфе Юн-цзя говорит о процессе практики. Сознание не движется само по себе. Сознание движется потому, что входит в соприкосновение с внешними явлениями. Явления можно разделить на две категории: ментальные дхармы – те, что внутри сознания; и материальные дхармы – предметы с формой и очертаниями. Сознание взаимодействует с внешними, материальными дхармами при посредстве органов чувственного восприятия. Движение сознания само по себе является ментальной дхармой, но здесь в стихотворении речь идет о внешних дхармах, или форме.
         Внешние дхармы иногда именуются чувственными объектами. На самом деле, буквальный смысл китайского термина – это «чувственная пыль». Как только сознание воспринимает внешние дхармы, в действие приводится цепочка ментальных дхарм – которые являются чувственными объектами шестого сознания. Ментальные дхармы сами по себе также приводят в действие другие ментальные дхармы. Любая ментальная деятельность или внешний объект, воздействующий на сознание, может рассматриваться как чувственная пыль. Именно эта чувственная пыль накапливается и скрывает под собой зерцало сознания.
         Когда нет взаимодействия с внешними дхармами, нет и ментальных дхарм. Когда форма ведет к ощущению, а ощущение – к восприятию и пониманию, то в сознании образуется цепочка ассоциаций, или ментальных дхарм, и внешний объект остается позади. Как только сознание придет в движение, оно будет продолжать двигаться, подтачиваемое своей собственной активностью. Если сознание не движется, исчезает как внутреннее, так и внешнее. Когда прекращается взаимодействие между внутренней ментальной активностью и внешней формой, появляется мудрость. В это время невозможно обнаружить ни сознания, ни дхарм.
         Если сознания и дхарм больше нет, то с чего же они должны начинаться? Это не что иное, как природа Будды.

16

День 11. Гибкость последователей Чань

О, в этом мире злом, в век окончанья Дхармы,
         Живые существа несчастливы и трудно усмиренью поддаются.
         Спустя века от времени святых, ошибочные взгляды все сильнее.
         Когда все демоны сильны, а Дхарма стала слабой, опасности и страхи возрастают.
         Услышав Татхагаты слово о внезапном просветленье,
         Они его разрушить помышляют, рассыпать на частицы.
         
         В этих строках стихотворения Юн-цзя описывает поведение и отношение людей, окружавших его во времена династии Тан. Буддийская традиция делит время после Будды на три эры. Первая эра, которая длилась пятьсот лет после ухода Будды в нирвану, называется Периодом Истинной Дхармы. Вторая эра, которая длилась в течение пятисот лет после завершения первой, называется Периодом Ложной Дхармы. Третья эра, начавшаяся через тысячу лет после ухода Будды в нирвану, называется Веком Окончанья Дхармы.
         Век Окончанья Дхармы начался во времена шести династий китайской истории, еще до рождения Юн-цзя. Мало у кого из людей были хорошие кармические корни, и большинство людей с трудом воспринимало Дхарму Будды. Юн-цзя был свидетелем упадка и сделал вывод, что чем больше времени отделяет нас от Будды Шакьямуни, тем глубже люди погружаются в свои превратные взгляды; сила демонов перевешивает силу Дхармы Будды.
         В это время конфуцианцы жестоко нападали на буддизм. Более того, правящий дом династии Тан возводил свое происхождение к Лао-цзы, основателю даосизма, и поэтому оказывал покровительство даосизму, а не буддизму. Конфуцианство служило этическим и церемониальным кодексом, а даосизм был признан официальной религией; поэтому буддизм подвергался нападкам со всех сторон.
         Тем не менее, у буддизма были верные сторонники и благодетели. Приверженные покровители жертвовали большие суммы денег, и, поскольку у монахов и монахинь были маленькие потребности и они вели скромную жизнь, богатство монастырей быстро возрастало. Конфуцианство не принимало пожертвований, так как оно не имело четкой структурной организации, а конфуцианские ученые вели мирской образ жизни. То же самое, в большей или меньшей степени, можно было сказать о даосах. Последователи этих традиций завидовали колоссальному богатству буддийских монастырей и побуждали правительство начать гонения на монахов и монахинь.
         Клеветники хотели быстро раз и навсегда покончить с буддизмом. Поэтому в следующей строфе Юн-цзя высказывает предостережение:
         
         Все действия сознанием вершатся, но тело получает воздаянье;
         Не стоит в этом обвинять других.
         Если желаешь кармы неуклонной избежать,
         Не проклинай ты истинную Дхарму Татхагаты.
         
         Наставник Юн-цзя предупреждает, что те, кто плохо думает о Дхарме, наносят вред самим себе, поскольку им придется столкнуться с последствиями дурной кармы, которую они создают. Вы отвечаете за все свои преднамеренные мысли, слова и действия. Если вы хотите оклеветать Дхарму Будды или тем самым принести кому-нибудь вред, это ваш выбор, но вы не должны никого и ничто винить в том случае, если все обернется против вас. Вы пожинаете то, что посеяли, так что будьте осторожны с кармическими семенами, которые вы сеете.
         К сожалению, во времена Юн-цзя многие люди не вняли этому предостережению и радовались, клевеша на буддизм; но, несмотря на все преследования, Чань выжил. Почему Чань процветал, в то время как многие другие буддийские школы погибли? Одна из причин в том, что Чань уже был глубоко укоренен в китайской культуре. Однако более важно то, что в Чань сложно найти слабое место. На самом деле, если вы станете нападать на Чань, вы обнаружите, что вам не за что ухватиться. С теоретической точки зрения, отсутствуют конкретные догматы, которые можно определить и опровергнуть. С практической точки зрения, Чань никогда не выделяет один специфический стиль поведения, которого должны придерживаться все последователи.
         История свидетельствует, что китайское правительство пыталось уничтожить буддизм в различные периоды при династиях Тан, Сун, Мин и Цин; а рвение коммунистов при их расправе с буддизмом не знало себе равных в истории Китая. В эти тяжелые времена монахи и монахини принуждались к возврату к мирской жизни, а монастыри конфисковывались или использовались для других целей. Некоторые памятники сохранились, но многие тексты, записи и иконы были уничтожены.
         Даже хотя буддизм не всегда приветствовался в Китае, не было ни одной другой страны, за исключением, быть может, Индии, где буддизм пользовался бы таким широким культурным влиянием и властью. Тибетский буддизм до недавнего времени оставался отдаленным и изолированным. Южная буддийская традиция также была ограничена в своих пределах. Многие буддийские материалы были созданы в Китае и отсюда проникли в Корею, Вьетнам, Японию и другие части Азии. Эти страны сильно полагались на китайскую традицию, которая, в свою очередь, была, главным образом, подвержена влиянию чань-буддизма.
         Чань пережил худшие времена. Если последователи Чань не могли попасть в города, они оставались в горах. Если это было нужно, они носили одежду мирян и отпускали волосы. Они не переживали, если их побуждали вернуться к мирской жизни.
         Внешний вид не имеет значения. Истинные последователи пекутся только о своей практике. Во всех других вещах они проявляют гибкость.
         Есть такая поговорка: «Если ты не можешь получить пишу при помощи подаяния, вырасти ее сам».
         Чань выжил благодаря своему непобедимому духу. Чань выжил бы даже в том случае, если бы не было сутр, чтобы читать их, или храмов, чтобы жить в них, так как все это не является сушностной частью практики. Если один человек занимается практикой, то другой будет практиковать с ним, и все это будет продолжаться и развиваться. Это настолько просто. Буддизм, и в особенности Чань, непобедим, поскольку он гибок. Он лишен устойчивой формы.
         
         Других деревьев нет в сандаловом лесу.
         В густых и тесных зарослях гуляет лев.
         По тихим рощам он расхаживает чинно,
         И звери все и птицы держатся поодаль.
         Животных стаи устремляются за львом,
         Который в возрасте трехлетнем рык издать способен.
         И если Дхармы Властелину вызов бросит дикий лис.
         Он чудищу подобен, пасть распахнувшему за сотни лет.
         
         Гонения не могут погубить буддизм, поскольку сущностью практики является внутреннее самосовершенствование, а не внешние ритуалы. Если монахиню принуждают вернуться в мир, она может сделать это и продолжать практиковать. Если ей запретят распространять Дхарму, она скажет: «У меня нет никаких проблем. Мне нечего распространять». Те, кто пытается уничтожить буддизм в диспутах, сталкиваются со сходной проблемой. Чань не зависит от языка, логики и знания, поэтому на него нельзя напасть. В конце концов, даже самому упрямому клеветнику придется в раздражении сдаться. Противодействовать Чань – это потеря времени и сил.
         Сравнения в вышеприведенных строфах иллюстрируют эту мысль. Сандаловое дерево – это драгоценность. Его можно использовать как лекарство или благовоние, а из его древесины делают прекрасную мебель. Более того, в сандаловых лесах редко растут или преобладают другие виды деревьев. Буддизм и Дхарма подобны лесу сандаловых деревьев.
         Взрослый лев олицетворяет Будду, а животные олицетворяют гонителей и последователей других традиций. Взрослый лев нераздельно властвует в лесу. Хотя животные в страхе убегают от взрослого льва, они осторожно приветствуют молодого, трехлетнего льва – чаньского наставника – как товарища для игр. Последователи других традиций не отважились бы подойти к самому Будде, но они могут попытать счастья с чаньским наставником. Но трехлетний лев – все равно лев. Даже в таком юном возрасте он может рычать, а когда он рычит, другие животные испытывают страх.
         По сравнению с чаньским наставником, последователь Чань подобен крошечному львенку. Однако, хотя последователь и не наставник, он все же лев; поэтому он не должен бояться нападающих.
         Однажды хитрая лиса подстроила так, что другие звери стали драться друг с другом. В конце схватки победителем оказался слон, но, прежде чем успела осесть пыль, ему на спину вскочила лиса и объявила себя царем. Когда молодой лев увидел, что лиса это сделала, он огорчился и громогласно зарычал. Лиса так сильно испугалась, что упала со спины слона. Когда лиса поднялась, она издала новый закон: «Драться можно, но львам не разрешается рычать!» Точно так же, если чаньский наставник произнесет хотя бы одну фразу, нападающие отступят.
         Когда великий танский поэт, Бо Цзюй-и, был важным чиновником, он посетил чаньского наставника Няо-чао, который жил на дереве, как птица в гнезде. Бо Цзюй-и крикнул медитировавшему наставнику: «Будь осторожен, монах! Сидеть там опасно!»
         Няо-чао ответил: «Чиновник, это ты находишься в смертельной опасности».
         Бо Цзюй-и был удивлен ответом и сказал: «Я управляю целым районом. У меня есть войско, чтобы защищать меня. Как я могу оказаться в опасности?»
         Няо-чао ответил: «Ты состоишь из воздуха, огня, воды и земли, но эти четыре элемента – воры. Ты в опасности».
         Бо Цзюй-и был потрясен словами наставника. Он понял, что, в то время как Няо-чао усердно занимается практикой, он сам ничего не делает, и поэтому он спросил: «Есть ли у тебя совет, которому я мог бы последовать?»
         Няо-чао сказал: «Воздерживайся от того, чтобы вершить зло. Стремись к благим деяниям».
         Бо Цзюй-и был оскорблен: «Это знают даже малые дети».
         Няо-чао ответил: «Это может знать трехлетний ребенок, но выполнить это не может даже восьмидесятилетний».
         Услышав эти слова, Бо Цзюй-и распростерся перед наставником.
         Бо Цзюй-и, по крайней мере, посетил Няо-чао с добрыми намерениями. Другие изучали буддизм с целью уничтожения Дхармы; но буддизм приветствует тех людей, которые начинают с сильного желания убить Будду в интеллектуальном плане. В конце концов, они, как правило, становятся буддистами. Они отличаются от безрассудных людей, которые хотят уничтожить буддизм без всякой очевидной причины. Невежественные люди не испытывают желания понять что-либо. Они действуют, движимые слепой ненавистью. К счастью, они не могут предпринять удачное наступление; они атакуют внешнюю форму – монастыри. Когда они делают это, монахи и монахини исчезают. Они отпускают волосы и работают на полях, но они продолжают заниматься практикой. Практика – вот что важно, и ее уничтожить нельзя.
         

День 12. Правильные воззрения – это компас надлежащей практики

         Не стоит принимать за одолженье ученье о всецелом просветлении внезапном.
         Неразрешенные сомненья лишь спор решить способен.
         Не то чтоб я, монах, в горах живущий, вдруг сделался самонадеян,
         Но к совершенству устремленье тебя низвергнуть может в яму как постоянства, так и прекращенья.
         
         Последователь Чань должен обладать четким, правильным представлением о самом себе, о других и о своей практике. Есть чаньская поговорка, которая подчеркивает, что наибольшее значение имеет перспектива, которую мы обретаем, а не практика. Это, конечно же, не значит, что практика не является необходимой. Практика важна, возможно, даже категорически, однако прозрение, которое мы получаем от практики, еще важнее. Если его представления неправильны, он отклонится от учений Чань к еретическим учениям.
         Если бы корабль полагался только на компас во время плавания, что случилось бы, если бы компас сломался и указывал вместо севера на юг, а вместо востока на запад? Капитан не смог бы правильно управлять кораблем. Если бы американский самолет не имел надежного управления и проник бы во вражеское воздушное пространство, он наверняка подвергся бы обстрелу.
         Практика – это курс, которым мы следуем, однако прозрение, полученное от практики, – это компас, по которому прокладывают и проверяют курс. Чань не принижает значение практики, но он ценит прозрение, полученное от практики, больше, чем саму практику, так как практика нуждается в постоянной ориентации и руководстве. Если у вас есть какие-либо проблемы или сомнения в вашей практике, вы должны сразу же устранить их. Если вы чувствуете, что кто-то другой свернул с истинного пути в своих представлениях, вы должны постараться вернуть этого человека на правильную дорогу. Конечно, Юн-цзя говорит с точки зрения просветленного последователя. На этом затворничестве и в своей повседневной практике вы должны быть осторожны в том, что вы говорите, думаете или делаете по отношению к Чань. Даже обладая глубоким прозрением, Юн-цзя заявляет, что он – лишь скромный «монах, в горах живущий». Он не самонадеян.
         Уважаемый многими наставник может по-прежнему иметь вопросы относительно своей практики, однако ему может быть стыдно спрашивать совета из-за страха потерять уважение учеников. Если взгляды человека ошибочны, ему следует указать на его ошибку, невзирая на его уровень или положение. Истинный путь буддизма имеет слишком большое значение, чтобы ему мешали личные отношения или чувства.
         После того как Хуэй-нэн формально принял одеяние и чашу от пятого патриарха, он в течение пятнадцати лет жил в горах, после чего вернулся в город, чтобы проповедовать. Когда он прибыл в храм Дхармовой природы в Кантоне, двое из учеников настоятеля Инь-цзуна спорили о флаге, колеблемом легким ветерком. Один говорил: «Движется ветер». Второй отвечал: «Движется флаг».
         Хуэй-нэн сразу же понял, что у монахов есть проблемы в понимании практики и что у их наставника тоже есть проблемы. Хуэй-нэн поправил монахов: «Это не ветер. Это не флаг. Движутся ваши слова». Затем, когда Инь-цзун услышат эти слова, он попросил Хуэй-нэна учить его, хотя внешне Хуэй-нэн выглядел как мирянин. Услышав его наставления, Инь-цзун понял, что Хуэй-нэн – это отсутствующий шестой патриарх. Он обрил голову Хуэй-нэна, чтобы сделать его монахом, а затем стал учеником Хуэй-нэна.
         Хуэй-нэн без колебаний исправил непонимание Дхармы Инь-цзуна, хотя Инь-цзун считался великим наставником и имел много последователей. Инь-цзун также не позволил своим достижениям и своему официальному положению взять над ним верх. Когда он понял, что у него есть проблемы с практикой, он сразу же попросил помощи у Хуэй-нэна.
         Обычные буддисты могут не обладать отвагой и честностью Инь-цзуна. Монахи и монахини обычно не позволяют никому, кроме их учителя, проповедовать Дхарму в их храме. Некоторые люди любят спорить, подстраивая идеи под свои взгляды. Они пытаются пререкаться с вами при помощи подходящих ответов и формул: «Помрачения – это золото», «Зло – это благо», «Сансара – это нирвана».
         Самым дурным человеком во времена Будды был Девадатта. Его дурные поступки были так ужасны, что он попал в самый худший ад. Будда Шакьямуни послал Ананду поговорить с Девадаттой. Когда Ананда прибыл в ад, он спросил у Девадатты: «Ты страдаешь здесь?»
         Девадатта ответил: «Здесь прохладно и приятно, как в четвертой дхьяне ».
         Ананда спросил: «Ты хочешь покинуть это место?»
         Девадатта ответил: «Почему ты не пришлешь сюда Будду, чтобы он сам спросил меня об этом».
         Ананда передал Будде Шакьямуни слова Девадатты, и он, хотя и мог с легкостью отправиться в ад, как и Ананда, сказал: «Как я могу спуститься в ад?»
         Впоследствии, когда Девадатта узнал об этом ответе, он спросил: «Если Будда не может отправиться в ад, как я могу покинуть его?»
         Истина заключается в том, что Будда пребывает повсюду, поэтому ему не нужно никуда идти. Девадатта не покинул ад, так как понял, что Будда уже здесь, и что ему некуда идти. Приход и уход – одно и то же. Ад – такое же хорошее место, как все другие. Нирвана не отделима от ада; поэтому нет ада, который следует покинуть.
         Вы можете подумать, что Девадатта был дурным воплощением, но Шакьямуни считал его бодхисаттвой высочайшего уровня, которому суждено достичь состояния Будды. Если бы вы придерживались неправильных – общепринятых – взглядов, вы бы восприняли Девадатту как дурного человека, который испытывает нестерпимые страдания в аду из-за своих плохих поступков, и решили, что Шакьямуни не отправляется в ад потому, что он – благое существо. Однако если бы вы обладали правильными – чаньскими – взглядами, вы бы восприняли это так же, как это воспринял Будда.
         Если у человека есть проблемы с практикой, вы должны помочь ему. Если он придерживается ложных взглядов или превратных представлений, вы должны еще быстрее помочь ему. Человек, который не понимает историю о Девадатте, должен быть исправлен. Однако вы должны быть уверены в том, что ваши намерения чисты и правильны, когда вы исправляете кого-либо.
         Буддизм оберегает себя от двух важнейших неправильных концепций. Первая – это нигилизм: мысль о том, что все является несуществующим и бессмысленным. Другая – это вера в постоянство, или этернализм: мысль о том, что у нас есть бессмертная душа; что эта душа и есть мы – наше эго – и что она либо вечно существует на небесах, либо от рождения к рождению переселяется из одного тела в другое, как мы меняем одежду. Люди, которые верят в это, говорят, что душа остается незапятнанной и неизменной на протяжении бесчисленных рождений, и считают, что благодаря совершению благих деяний она будет подниматься на все более высокие уровни, пока в конце концов не подверженная изменениям душа не превратится в божество.
         Нигилистический подход ошибочен из-за отрицания причины и следствия, кармы, соотношения между настоящим, прошлым и будущим. Когда люди рождаются, они появляются из ниоткуда, а когда они умирают, ничего не остается. Некоторые люди с подобными взглядами очень честолюбивы в жизни, и они пытаются совершить что-то великое, так чтобы сохранилось хотя бы их имя и деяния. Это может быть хорошо, но может быть и ужасно, как в случае с Гитлером.
         Этерналистская точка зрения более благоприятна, поскольку люди с подобными взглядами придают большое значение совершению благих деяний и накоплению положительных заслуг.
         Если просветленный человек встретит кого-то, тяготеющего к одному из этих направлений, он попытается помочь этому человеку не оказаться полностью в той или иной ловушке. С другой стороны, буддизм не выступает за миссионерскую деятельность. Мы не стучимся в чужие двери. Проповедники других религий часто врываются в буддийские храмы на Тайване и начинают проповедовать. Иногда это случается при мне, хотя я и стою в центре буддийского собрания. Проповедники стоят у выхода и раздают брошюры. Однажды один из моих учеников спросил у миссионера: «Почему Вы не зайдете и не послушаете лекцию?»
         Проповедник сказал: «В Библии сказано: «Ты не должен почитать ложных богов или идолов». Буддизм – это идолопоклонство, и Библия запрещает мне слушать о нем».
         Не все проповедники таковы. Большинство более открыты, но некоторые, как в этом случае, отличаются фанатизмом. Буддисты, обладающие правильным подходом, не такие. Мы никому не навязываем своих взглядов.
         
         Вся ложь – не ложь; и в истине нет истин;
         И тысячами миль уводит в сторону мельчайший сбой.
         Если все правильно, то станет Буддой сразу дочь дракона;
         Если ошибка, Суракшатра в ад живым сойдет.
         
         Если вы отклонитесь от пути Чань хотя бы на толщину волоса, вы совершенно неправы и можете низвергнуться в ад, как несчастный монах Суракшатра. Если вы правы, то вы совершенно правы, как дочь дракона, мгновенно достигшая совершенного состояния Будды.
         Человек может перевернуть вещи с ног на голову и сказать, что что-то правильно, хотя на самом деле это ложно, и что что-то ложно, хотя на самом деле это правильно. Как вы можете судить о том, что правильно и что ложно? Можете ли вы сказать, что нет ни Будды, ни Дхармы, ни Сангхи, ни просветления?
         Это зависит от того, кто вы и кому вы это говорите. Я бы не стал говорить подобных вешей большинству из людей. Это было бы совершенно ошибочно. Но я бы сказал это человеку, который усердно занимался практикой и достиг определенных результатов в ходе своей практики. Однако, прежде чем что-либо сказать, я бы удостоверился в том, что его взгляды, или понимание, правильны. Если ученик усердно занимался практикой, но считает, что при этом он становится просветленным, а его учитель говорит: «Да! Да, ты прав! Ты должен стараться стать просветленным, достичь нирваны и стать Буддой», – практика этого человека погибнет. Это было бы очень дурным поступком.
         Фраза может помочь или ранить, в зависимости от человека и в зависимости от его состояния. Позвольте мне задать вам вопрос. Вы верите в существование Будды или совершаете простирания лишь как упражнение? Если вы верите в то, что Будда действительно существует, и практикуете для того, чтобы стать Буддой, и совершаете простирания для того, чтобы умилостивить Будду, поскольку вы полностью полагаетесь на него, вы на пути к беде.
         В этой строфе упоминаются две истории из буддийских писаний. Первая является иллюстрацией того положения, что если ваши взгляды верны, то вы мгновенно достигнете просветления. В «Лотосовой сутре» есть история о восьмилетней девушке-нагини , которая стала Буддой.
         Нага  – это дракон, не человек. Согласно традиции Хинаяны Буддой не может стать тот, кто не является мужчиной, взрослым и человеком. Вы должны совершенствовать свою практику на протяжении трех асанкхьейя-кальп (одна асанкхьейя-кальпа равна миллиардам лет). Когда ваша карма созреет, вы родитесь мужчиной в мире людей и, когда вырастете, сможете обрести просветление благодаря практике. Кажется, что девушка-нагини  имела три противопоказания.
         Однажды она прислуживала Будде Шакьямуни и поднесла ему свое жемчужное ожерелье. Девушка повернулась к Шарипутре, архату и ученику Будды, и спросила: «Как ты думаешь, Шарипутра, легко это сделать?»
         Шарипутра ответил: «Да, это легко».
         Затем девушка-дракон сказала: «Стать Буддой также легко». В то же мгновение она стала Буддой в отдаленной области вселенной.
         Если вы отсечете прошлое и будущее и откроете, что настоящего также не существует, в это мгновение сознание будет отсутствовать. Это уже означает стать Буддой. Однако если в следующее мгновение сознание, прошлое, будущее и настоящее вернутся обратно, вы снова станете обычным живым существом.
         Вторая история рассказывает о Суракшатре. одном из сыновей Шакьямуни. Суракшатра был посвященным монахом. После достижения уровня четвертой дхьяны он решил, что вступил в нирвану. К несчастью, он не попросил Будду подтвердить это. Он слышал сутры Будды и подумал, что понимает их смысл, поэтому он не стал затруднять себя вопросами о своих переживаниях. Один из его друзей заставил его силу самадхи иссякнуть, и он покинул уровень четвертой дхьяны. Он подумал: «Как я могу выйти из нирваны?» Его помрачения вернулись, и он подумал: «Как это возможно? Будда обманывает людей, Нирвана – ненастоящая!» Суракшатра был слишком надменным, чтобы пойти к Шакьямуни за советом и руководством. Он убедил себя в том, что нирвана нереальна, а Будда – обманщик, и его сердце наполнилось ненавистью.
         Как только Шакьямуни постиг мысли Суракшатры, он послал своего ученика, Кашьяпу, и велел ему успокоить Суракшатру, пока тот не сможет увидеться с ним. Однако Суракшатра был непреклонен. Он кричал и нападал на Кашьяпу, а когда пришел Будда, он стал проклинать его и его учения. В это мгновение земля разверзлась, и Суракшатра низвергся в ад.
         Эти истории символизируют два важных положения буддизма. Во-первых, слушай слова Будды. Во-вторых, не верь в себя настолько, чтобы считать себя своим собственным наставником. Необходимо доверять себе, но вам нужен кто-то еще, чтобы проверить качество вашей практики. Измеряйте свою практику и достижения по стандарту наставлений Будды. Ваш личный опыт и знание ненадежны. Если у вас есть сомнения, спросите совета у наставника. Если вы читаете сутры без руководства, вы можете не понять их смысла и подвергнуть себя опасности. Вот почему важно учиться у наставника.
         Помните: если у человека проблемы с практикой, помогите ему; но вы должны быть осторожны в своих словах. Буддийские лекарства могут не помочь, а повредить некоторым людям. Более того, не пытайтесь обращать в буддизм иудеев, христиан, мусульман или кого-либо еще, убежденно верящего во что-то другое. Они не станут вас слушать. Вы лишь рассердите их, и они будут поносить буддизм. Если ваши слова или действия побуждают кого-то клеветать на буддизм, ответственность за это лежит на вас.
         Пока вы не достигли просветления, лучше всего, чтобы вы сосредоточились на своей собственной практике. Вы можете думать, что кто-то делает что-то не так, но вы можете ошибаться. Он может стоять на другом уровне практики или подходить к практике с другой стороны. Так или иначе, если вы будете как должно заниматься своей собственной практикой, у вас не будет времени для того, чтобы судить о практике других людей.

17

Четвертое затворничество. День 1. Оставить прошлое в прошлом

С лет юных знания копил я,
         Читая сутры, шастры, толкованья.
         Без перерыва различая имена и формы,
         Я только утруждал себя подсчетом всех песчинок в море.
         
         Меня сурово Татхагата упрекнул:
         Зачем считать сокровища чужие?
         Я понял, что бесплодны все метанья;
         Так много лет растратил я напрасно.
         
         В начале этого затворничества я говорил вам, чтобы вы взяли свое прошлое, с момента вашего рождения до того момента, как вы вошли в зал для медитации, свернули его в узел и выбросили его на свалку. Если через семь дней вы почувствуете потребность вернуть свое прошлое, вы можете выкопать его из горы мусора. Однако на время этого затворничества оставьте его в покое.
         Если вы сможете овладеть этим подходом, я гарантирую вам просветление. Но если вы хотите стать просветленными и в то же время не хотите расстаться со своим прошлым, я ничего вам не гарантирую. Отбросить свое прошлое непросто. Даже если вы хотите сделать это, иногда вам это не удается. Впрочем, первый шаг – это желание избавиться от него.
         Под прямым светом ваше тело будет отбрасывать тень. Вы не сможете избавиться от своей тени, пока вы находитесь на свету. Если вы хотите освободиться от нее, вы должны либо отправиться туда, где нет света, либо освободиться от своего тела. Если вы всегда находились в темноте, вы никогда не узнаете, что у вас есть тень, от которой вы можете освободиться. Таково большинство людей.
         Вы должны знать о своей тени, если вы хотите что-то сделать с ней: вы должны выйти на свет. Это похоже на ваше положение прямо сейчас. Все вы на этом затворничестве хотите что-то сделать со своей тенью. Тень – это ваше прошлое, а прошлое состоит из ваших воспоминаний, вашего опыта и кармической силы совершенных вами поступков.
         Вы не сможете избавиться от прошлого, пока у вас есть ощущение «я», так же как вы никогда не потеряете свою тень, пока у вас есть тело. Вы должны преодолеть свой эгоцентризм. Лучше всего отбросить свое прошлое прямо сейчас, в противном случае во время вашей работы над методом будут непрестанно появляться образы былых переживаний и наставлений, и вы не сможете сфокусировать свое сознание и слиться с методом.
         Люди накапливают свое прошлое двумя основными способами: при помощи личных впечатлений от повседневной жизни и при посредстве знания, полученного от учителей, из книг и из других источников. Опыт и интеллектуальное знание содержат в себе мировоззрение человека; и хотя кажется, что все должно быть наоборот, гораздо сложнее отбросить интеллектуальные разграничения, порожденные знанием, нежели непосредственные ощущения от жизни. Дурные привычки, вырастающие из повседневного опыта, могут принести вред вам и небольшой группе людей вокруг вас, но интеллектуальные воззрения могут воздействовать и влиять на целые народы. При посредстве средств массовой информации ваши взгляды могут быть сообщены миллионам людей.
         Древняя китайская поговорка гласит: «Тот, кто крадет чужое имущество, – вор, но тот, кто отбирает целую страну, – царь. Тот, кто убивает другого – убийца, но тот, кто убивает тысячи людей, – великий герой». Человек, который узурпирует власть и захватывает целую страну, делает это не из-за своих личных привычек. Им движет влиятельное мировоззрение.
         Рассудочное знание обладает большой силой; поэтому от него сложно избавиться. Юн-цзя признает, что он тоже накопил огромное количество знаний из сутр и шастр до встречи с шестым патриархом. Буддийская традиция призывает людей изучать сутры и шастры. Для обычных людей знание есть благо, и оно может приносить пользу. Но для последователя, стремящегося к просветлению, знание может превратиться в проблему. Когда Юн-цзя встретил Хуэй-нэна, он отбросил все, что изучал до этого.
         Юн-цзя говорит, что следование практике изучения подобно тому, как если бы мы подсчитывали каждую песчинку на дне океана. Изучение буддийской литературы – это бесконечное занятие. Будда проповедовал в течение сорока девяти лет, однако он сравнивал свои наставления с количеством песчинок, которое может поместиться под одним ногтем, и говорил, что то, о чем он умолчал, включает в себя всю пыль в мире. Проповедь может продолжаться вечно. Пытаться изучать ее было бы напрасной тратой времени.
         Изучение буддийских сутр – хорошее дело. Слово «сутра» содержит идею соединения вещей, например, цветов в венке или жемчужин в ожерелье: но если вы привязаны к записанным словам и учитесь вместо того, чтобы заниматься практикой, это похоже на то, как если бы вы считали деньги в чужом кармане. Ребенок, который приходит в банк и видит, как кассир считает пачки денег, может воскликнуть: «Ого! Этот человек богат». Ребенок не понимает, что кассир считает чужие деньги.
         Однажды к шестому патриарху пришел человек, но он не стал простираться перед ним в знак почтения. Хуэй-нэн спросил: «Какова твоя практика?»
         Посетитель сказал: «Я читаю «Лотосовую сутру», я уже сделал это больше шестисот раз».
         Хуэй-нэн ответил: «Шестьсот экземпляров «Лотосовой сутры» внутри тебя? Это тяжело! Неудивительно, что ты не можешь совершать простирание».
         Посетитель подумал об этом, а затем сказал: «Это действительно тяжелый груз. Что я могу сделать?»
         Хуэй-нэн посоветовал ему: «С настоящего момента стань бесполезным человеком, не занимайся ничем, кроме практики. Забудь, удачлив ты в ней или нет, Забудь свою гордость и талант».
         Лучше забыть о всех удачных переживаниях, которые могли посещать вас в вашей практике или на предыдущем затворничестве. Не призывайте воспоминания о прошлом опыте и не обращайте внимания на те из них, которые появляются в вашем сознании. Если во время этого затворничества вы приобретете удачный опыт, позвольте ему пройти. Если у вас никогда не было удачного опыта, не печальтесь об этом и не направляйте ваше сознание к достижению чего-то хорошего, в противном случае на ваших плечах окажется тяжелая ноша. Одновременно с тем, как вы несете на плечах свое прошлое, вы будете хвататься за что-то воображаемое в своем будущем. Если вы будете заниматься практикой, сгибаясь под всем этим весом, вы расплющитесь, как блин.
         Поскольку не так легко взять и избавиться от чего-либо, полностью погрузитесь в метод практики и осознайте, что больше ничего не существует.
         Если вы проводите все свое время, анализируя сутры и шастры или вспоминая и восстанавливая в памяти переживания во время затворничеств, вы никогда ничего не достигнете и не добьетесь. Знаете историю про обезьяну в персиковом саду? Обезьяна забралась на первое дерево и сорвала персик. Затем она увидела другой персик, поэтому она положила персик себе подмышку и схватила второй. Затем обезьяна увидела еще и еще персики, и она продолжала класть каждый вновь сорванный персик себе под мышку. Наконец она сорвала все персики со всех деревьев в саду. Обезьяна подумала, что теперь все персики у нее, но когда она посмотрела, единственное, что у нее осталось, был один персик в руке.
         Во время затворничества, вы можете обнаружить, что вы ведете себя, как жадная обезьяна: «О! Я что-то приобрел. Что это? Есть еще? Чего ещё я могу достичь?» Если вы, жадные обезьяны, не опомнитесь, вы оборвете одно дерево за другим и в конце концов задохнетесь от усталости, не съев ни одного персика.
         Взгляните на себя, чтобы убедиться, не являетесь ли вы жадной обезьяной. Лучше всего сорвать один персик и съесть его медленно, осторожно, осознанно. О каком персике я говорю? Персик, который вы срываете и едите, – это метод вашей практики.
         
         Когда способности не обладают силой, а пониманье – истины бежит,
         Внезапным просветленьем и всецелым никто и никогда не овладеет.
         Монахи Хинаяны, хоть усердны, давно забыли о сознанье Дао.
         Последователь внешнего пути умен, быть может, но о мудрости не слышал.
         
         Юн-цзя упоминает о буддизме Хинаяны и внешнем пути, или еретических учениях. Последователи Чань должны узнавать учения внешнего пути, чтобы они могли избегать их. Последователи также должны понимать подход Хинаяны, чтобы они могли опознать дхьяну  и самадхи  в случае их возникновения.
         Есть много уровней и типов практики и медитации. Методы, которым мы следуем, могут использоваться кем угодно – последователями внешних путей, буддизма Хинаяны или Чань. Хотя методы могут быть одинаковыми, ученики из разных школ обретут разный опыт и понимание, в зависимости от своих взглядов.
         Люди из многих традиций обычно записываются на чаньские затворничества, и я обычно принимаю их; но когда они спрашивают, могут ли они следовать своим методам, я говорю: «Конечно, но если вы следуете своему методу, не ожидайте испытать буддийские переживания. Вы не усвоите мои наставления». Я могу проповедовать Дхарму Будды, но они услышат то, что они хотят слышать, и в конце концов они уйдут с тем, с чем пришли – со своими собственными убеждениями.
         Если бы кто-то носил очки красного цвета, все казалось бы ему красным. Если бы он не знал об очках, он мог бы заявить: «Я все время был прав. Мир является красным и всегда был красным».
         Последователь другой религии в течение непродолжительного времени практиковал Чань под моим руководством. Через некоторое время он сказал: «Ага! Вы знаете, в вашем Будде нет ничего особенного. Ваше просветление такое же, как наше».
         Я сказал ему: «Конечно, поскольку ты видишь то, что ты хочешь, а то, что ты видел с самого начала, – это твои собственные верования».
         Вы должны признать различия между Чань и учениями внешнего пути и между Чань и учениями Хинаяны. Все учения внешнего пути имеют одну общую особенность – идею «я». Это может быть всеобщее или высшее «я», но все же это «я». Хинаяна утверждает, что «я» не существует, есть только полная и окончательная пустота. Чань не утверждает наличия «я», не утверждает он и идеи «не-я». Как Хуэй-нэн сказал в «Сутре помоста», «Бодхи  есть помрачение, помрачение есть бодхи ».
         

День 2. Использовать иллюзии, чтобы возвыситься над иллюзиями

         Невежды и глупцы все полагают:
         Сам по себе кулак, сам по себе и палец, что указует нам на это и другое.
         Не отличая палец от луны, они в бесплодной практике погрязли;
         Лишь предаются созерцанию иллюзий из сферы ощущений и объектов.
         
         Слова «невежды и глупцы» в этой строфе на самом деле являются лишь приблизительным переводом. В действительности китайская версия «Песни о Просветлении» описывает два типа глупости. Один – это глупость взрослых, а второй – это глупость умственно отсталых детей. Эти сравнения относятся соответственно к последователям традиции Хинаяны и учений внешнего пути.
         Человек с нормальными умственными способностями понимает, что кулак не отделим от пальцев. У вас не может быть кулака без пальцев, а пальцы могут в любой момент превратиться в кулак, Последователи внешнего пути считают, что кулак реален, а пальцы – нет. Последователи Хинаяны настаивают на том, что, поскольку кулак может стать пальцами, а пальцы могут стать кулаком, ни то ни другое не реально. И кулак, и пальцы являются несуществующими.
         Что такое кулак и пальцы? Для последователей внешнего пути кулак – это атман, или всеобщее «я», а пальцы – это люди и другие веши в области явлений, которые представляют собой иллюзорные компоненты высшей реальности. Последователи Хинаяны считают, что всеобщее «я», как и явления, иллюзорно.
         Юн-цзя упоминает знаменитую буддийскую аллегорию о пальце и луне. Учения, верования, идеи, переживания, явления и «я» подобны пальцу, указывающему на луну. Вы должны взглянуть на палец, посмотреть, куда он указывает, а затем отправиться к луне. Не хватайтесь за палец. Вы должны оставить его в покое, иначе вы никогда не достигнете просветления. Принимать палец за луну, хвататься за иллюзии, сочинять странные истории, чтобы объяснить собственные ощущения, – это обычные проблемы, с которыми люди встречаются во время практики.
         Впрочем, мы должны воспользоваться иллюзией, чтобы избавиться от иллюзии. Невозможно проповедовать Дхарму Будды людям, не прибегая к помощи языка, символов и обычных явлений нашего мира; однако многие люди, услышав учения, держатся за них как за высшую цель. Они не могут преуспеть в своей практике, следуя такому подходу.
         Во время практики человек может воспринять, что мир прекрасен и что все являются Буддами. Он может подумать, что узрел природу Будды, но это не так. Каждый обладает природой Будды, но природа Будды постоянно изменяется и не имеет качества или формы. Обычное сознание неспособно воспринять ее. Цветок обладает природой Будды, но мы воспринимаем его при помощи сознания привязанностей, и поэтому наше ощущение не является подлинным восприятием природы Будды. Какими бы удивительными ни были ощущения во время медитации, это не есть восприятие природы Будды, так как мы по-прежнему думаем и по-прежнему привязаны к нашим мыслям и ощущениям.
         «Сутра сердца» гласит: «Форма не отличается от пустоты, а пустота не отличается от формы. Форма – это в точности пустота, а пустота – это в точности форма. Также обстоит дело и с ощущением, восприятием, волеизъявлением и сознанием». Нет никаких органов чувственного восприятия, и нет никаких объектов чувственного восприятия. Они иллюзорны. Поэтому все, что возникает от их взаимодействия, также иллюзорно. Как это может быть природой Будды?
         
         Без восприятия единой дхармы Татхагата.
         Лишь он Верховным Наблюдателем зовется.
         Когда достигнут этот результат, иссякнет сила всех кармических препятствий.
         Но если нет подобных достижений, с долгами кармы нужно расплатиться.
         
         Первая строка в помещённой выше строфе содержит основополагающее учение чань-буддизма. Если вы свободны от всех привязанностей, то вы видите Татхагату – на самом деле, вы и есть Татхагата. Многие из моих учеников говорят, что увидеть свою собственную природу несложно; что на самом деле стать просветленным легко. Они правы. Все, что вам нужно сделать, – это отбросить прошлое, отбросить будущее и отбросить настоящее мгновение. Просто, не правда ли?
         Кто-то сказал мне: «Я вижу его как будто сквозь тонкий лист бумаги. С одной стороны – я, с другой – просветление. Настолько оно близко».
         Я сказал: «Оно еще ближе, чем вам кажется. Прямо сейчас, если вы отбросите свое прошлое, будущее и настоящее, вы увидите свою собственную природу. В прошлом вы были обычным живым существом. В будущем вы, вплоть до достижения просветления, будете обычным живым существом. В данный момент вы обычное живое существо. Но если вы отбросите все это, вы станете Буддой».
         Другая ученица расстроилась из-за того, что не знала, кто она такая. Я сказал ей: «Пока в вашем сознании есть мысли, вы не узнаете, кто вы такая. Отбросьте свои мысли, и вы узнаете это. Если просто сказать себе отбросить мысли, это не поможет. Сначала вы должны собрать вместе все мысли. Сфокусируйте свое рассредоточенное сознание в режиме объединения. В самом конце, отпустите свое объединенное сознание. Когда вы приучите свое сознание к таким действиям, вы познаете свое «я».
         Обрести просветление просто. Можете ли вы отбросить свое прошлое, будущее и настоящее? Если нет, это происходит потому, что вы не хотите этого. Вы можете хотеть этого рассудком, но где-то в глубине души вы не готовы отказаться от собственного «я».
         У молодого человека, занимавшегося медитацией в моем храме, были носки, которые скверно пахли. Я предложил ему выбросить их, но он сказал, что запах исходит от его ботинок, а не от носков. Я попросил его выбросить ботинки, и он сделал это, но его носки по-прежнему издавали зловоние. Я снова попросил, чтобы он выбросил носки, и он снял и отложил их в сторону. Впоследствии он поднял их, понюхал и сказал: «Они действительно плохо пахнут, но это мое собственное тело. Если я постираю их, все будет в порядке». Он надел их снова.
         Но все же он их не постирал, и в следующий раз, они пахли ещё хуже. Мы снова обменялись мнениями по этому поводу, и он обещал постирать их, но у него опять не дошли до этого руки. Он сказал: «Если я постираю их, они лишь вновь станут дурно пахнуть. Если я выброшу их и куплю новые, в конце концов, они также испортятся. Так в чем же смысл всего этого? Я могу с тем же успехом носить эти старые, вонючие носки».
         Практикующие знают, что «я» – это источник всех помрачений. Мы знаем, что должны избавиться от «я», но не можем сделать это. Оно слишком сильно нравится нам. Мы думаем, что оно еще пригодится нам. Даже если мы отбрасываем его, затем мы снова подбираем его. Это – то же самое, что хранить верность зловонным носкам.
         У каждого из нас есть пара скверно пахнущих носков. Готовы ли вы выбросить их? Возможно, нет. Быть может, ваш нос привык к их запаху. Вы поднимаете их, нюхаете и говорите про себя: «Они не настолько плохо пахнут».
         Непросто освободиться от всех дхарм. Все дхармы связаны с «я». Если дхарма не связана с «я», она не существует. Не важно, добродетельна эта дхарма, пагубна или она является Дхармой Будды; если вы не можете полностью избавиться от всех них, вы не станете Татхагатой. Держаться за какую бы то ни было дхарму – то же самое, что хвататься за палец, вместо того чтобы смотреть на луну.
         Когда вы освободитесь от всех дхарм, вы станете тем, что Юн-цзя называл Верховным Наблюдателем. Верховный Наблюдатель– это тот, чье зрение является освобожденным и безграничным; он может видеть все сразу, будь то близкое или далекое, прошлое, настоящее или будущее. Верховный Наблюдатель не ограничивается тем, что видит вещи одну за другой. Обычные люди сначала смотрят на одну вещь, потом на вторую, на третью, и так далее. Верховный Наблюдатель видит все одновременно, поскольку для него нет никаких противостоящих или препятствующих дхарм. Верховный Наблюдатель – это термин, который иногда используется для обозначения Авалокитешвары, бодхисаттвы великого сострадания.
         Мы не можем видеть все веши одновременно, так как мы не обрели просветления. Мы по-прежнему воспринимаем мир так, как будто у нас есть «я». Это может быть ограниченное «я» обычного человека или великое «я» Божества. Если существует «я», каким бы оно ни было, то освобождения нет.
         Некоторые религии учат, что добродетельный бог находится в вечном противостоянии с дьяволом, которого сам же создал. Неизбежно некоторые люди спрашивают: «Если есть бог, то зачем ему создавать дьявола? Зачем создавать себе такие трудности? Почему бог не уничтожит дьявола?» Пока существует разделение между «я» и другими, другие будут оставаться снаружи и их нельзя будет победить. Пока сохраняется «я», должны сохраняться и другие. На стадии, когда нет Будды, нет и демонов. Когда нет добродетели, нет и порока. Когда нет дхарм, нет больше и препятствий. Это – освобождение.
         Как последователи, обремененные кармическими препятствиями, вы должны искренне раскаяться и усердно работать над решением своих проблем. Если вы можете достичь состояния, в котором нет дхарм, а поэтому нет и Будды, все кармические препятствия пропадут. До этих пор вам будут мешать кармические препятствия, которые являются плодами семян деяний, посаженных в прошлом. Пока есть «я», это «я» вынуждено оплачивать все кармические долги.
         У меня есть чашка для воды, которой я пользуюсь каждый день. Я ежедневно мою ее и накрываю ее, когда она полная, чтобы вода не загрязнялась. Если бы я не накрывал ее крышкой, что-нибудь могло бы попасть в воду и я мог бы чем-нибудь заразиться. Если бы мне не была нужна вода, не было бы необходимости накрывать чашку или мыть ее. Чашка по-прежнему существовала бы, но она не имела бы ко мне никакого отношения. Если вы достигаете уровня отсутствия дхарм, чашка кармических препятствий будет по-прежнему здесь, но она не будет иметь к вам никакого отношения. Кармические препятствия не могут помешать вам, когда «я» не существует.
         Если бы я совершил тяжелое преступление, меня должны были бы арестовать и наказать. Если бы у меня было тело, меня было бы легко найти и убить. Но если бы у меня не было тела, как бы полицейские смогли поймать меня? По той же причине, когда вы расстаетесь со своим «я», кармические препятствия более не будут проблемой для вас. Расстаться со своим «я» не означает перестать существовать. Существование «я» – это разрыв между вами и другими людьми. Когда разграничение снимается, «я» исчезает, и вы обретаете совершенную свободу. Малое «я» и великое «я» исчезают, а с ними уходят и все кармические препятствия. Не то чтобы прежняя карма исчезала. Просветленное существо по-прежнему получает кармическое воздаяние за прежние деяния, но это воздаяние не является более препятствием, поскольку сознание просветленного существа свободно.

18

День 3. Препятствие страха

Даже охвачен голодом смертельным, ты не способен царской трапезы отведать.
         Коль так, ты излечиться не сумеешь, пусть даже царь врачей тебя осмотрит.
         В желаний сфере Чань осуществляя, ты пробуждаешь к жизни силу знанья,
         Непобедимую, как тот упорный лотос, что вырос среди языков огня.
         Пускай Прадханашура заповедь нарушил, он к нерожденному всецело пробудился;
         Давно достиг он состоянья Будды, да и поныне пребывает в нем.
         
         Юн-цзя подчеркивает, что Чань – лучший метод для практики Дхармы Будды. К сожалению, люди со слабыми кармическими корнями либо не могут принять учения Чань, либо считают чаньские методы не подходящими для себя.
         Есть история об умирающем от голода нищем, который пришел на пир, приличествующий царям. Он был удивлен, поскольку поблизости никого не было. Вместо того чтобы сесть и поесть, он трясся от страха, так как никогда не видел такой роскошной пиши. Он заподозрил, не ловушка ли это и не хочет ли кто-то в последний раз накормить его, чтобы потом убить. Нищий был так напуган, что убежал, так и не попробовав ни кусочка,
         Человек со слабыми кармическими корнями пугается, сталкиваясь с учениями Чань, и сомневается в том, что эти методы подходят ему. Если человек не обладает большой отвагой, он тоже будет слишком испуган, чтобы изучать и практиковать Чань, и он предпочтет свои грязные носки достижению просветления.
         Один человек долгое время болел. Он пробовал многие лекарства и посетил многих докторов, но ничто не помогало ему. Один доктор за другим говорил ему, что его болезнь неизлечима и что жить ему осталось уже недолго. Затем он отправился к лучшему врачевателю в мире. Осмотрев его, доктор сказал: «Я могу вылечить тебя». Однако человек не поверил ему. Слишком много раз ему говорили об обратном. Он посчитал, что доктор играет на его надежде и пытается выудить из него побольше денег. По дороге домой он выбросил рецепт, который тот дал ему.
         Некоторые из вас давно следуют одному и тому же методу, и до сих пор вы не достигли большого продвижения вперед. Возможно, вы уверены в том, что никогда не продвинетесь дальше первого квадрата. Вчера один практикующий сказал мне: «Достижение состояния Будды занимает так много времени! А вплоть до момента достижения состояния Будды так много кармических препятствий. Говорят, что кармические препятствия мгновенно исчезают с внезапным просветлением, но я в это не верю. Лично я смирился с тем, что долго не расстанусь со своими помрачениями».
         Многие люди не любят того, что занимает много времени. Они предпочитают видеть результаты сразу же. Они хотят мгновенного удовлетворения. Кому хочется читать буддийские сутры в течение трех асанкхьейя-кальп, надеясь достичь состояния Будды? По сравнению с этим «внезапное просветление» звучит просто здорово. Однако для того, чтобы пережить внезапное просветление, нужно усердно трудиться. К сожалению, люди испытывают ужас, расставаясь со своим «я». Это ваш выбор. Вы хотите следовать постепенному или внезапному методу?
         Пока вы размышляете о том, какой метод выбрать, вспомните историю о больном и докторе. Если бы вы были этим человеком, последовали бы вы совету врачевателя? Предположим, доктор сказал: «Я могу вылечить вас, но для этого понадобится серьезная операция. Сначала я отрежу ваши кисти и ступни, затем ваши руки и ноги. Наконец, я удалю ваш мозг и сердце. После этого проблем не будет». Захотели бы вы этого? Насколько бы вы поверили врачевателю?
         Без доверия даже царь врачей не сможет вам помочь. Вы должны верить в его искусство, чтобы принять его совет. Вы уже познакомились с учениями Чань, но, возможно, не смогли полностью принять их. Живые существа не обладают достаточной смелостью и уверенностью, чтобы поверить в то, что они являются Буддами. Поэтому они не могут проникнуться учениями Чань.
         В песне упоминается Прадханашура. великий практикующий, живший задолго до Шакьямуни. Юн-цзя говорит, что Прадханашура нарушил заповедь, но на самом деле их преступил необычайно миловидный монах по имени Юн-ши, а Прадханашура лишь помог ему решить его проблемы. Богатая женщина влюбилась в Юн-ши и заманила его в свой дом, попросив его проповедовать Учение ее матери. В конце концов, молодая женщина соблазнила его. Когда ее муж узнал об этом, он впал в ярость и решил убить ее. Она отравила мужа и стала строить планы побега с монахом. Юн-ши видел все это и исполнился отчаяния, так как был уверен, что лишь те, кто соблюдают заповеди, могут успешно заниматься практикой. Он покинул женщину и стал скитаться повсюду с надписью о признании своих грехов и с просьбой о помощи и поддержке. Куда бы он ни приходил, он слышал лишь одно: «Тому, кто нарушает заповеди, надеяться не на что».
         Однажды Юн-ши встретил Прадханашуру. Прадханашура спросил у него: «Ты говоришь, что совершил серьезные грехи, но что такое грехи? Есть ли у грехов собствен пая сущность? Если у грехов есть собственная сущность, то как ты можешь создать их? Если ты совершаешь эти грехи, то у них не должно быть собственной сущности».
         Когда Юн-ши услышал слова Прадханашуры, он тут же достиг всецелого просветления и стал Буддой по имени Драгоценная Луна. Даже человек, нарушивший главные заповеди, может стать Буддой.
         Посмотрите на себя. Насколько вы дурны? Вероятно, вы никогда не убивали людей. Если это так, вы должны быть способны на то же, что и Юн-ши. Та причина, по которой вы не способны на это, – то, что вы не можете расстаться со своим «я».
         Вам, вероятно, пришлось бы по душе, если бы я сказал, что собственная природа грехов пустотна. Вы могли бы подумать: «Если собственная природа грехов пустотна, я могу делать все что хочу. Я могу нарушать заповеди и совершать грехи, но у меня не будет кармических долгов, и мне не придется считаться с последствиями». Это было бы здорово, но вам, вероятно, не пришлось бы по душе, если бы я сказал, что собственная природа «я» также пустотна. Если «я» пустотно, то кто же будет вечером есть ваш обед? Кто вернется к вашим детям, жене или мужу после затворничества? Кто пойдет на вашу работу в следующий понедельник? Сейчас вы можете сказать: «Я еще так многого не сделал. У меня ещё множество планов. Как может мое «я» быть пустотным?»
         Когда вы какое-то время посидите в медитации, ваши ноги начинают болеть, а ваше сознание отвлекается на посторонние веши. Я советовал вам ни о чем не думать, но сейчас вам может показаться, что подумать – это так хорошо. Когда вы устали или разочарованы, вам кажется, что мысли помогут вам, помогут облегчить вашу боль и усталость. Возможно, вы размышляете о жизненных проблемах, которые еще предстоит решить, и о жизненных планах, которые еще предстоит осуществить. Когда вы делаете это, в этом непременно участвует ваше «я». Нет сомнения в том, кто стоит за всеми мыслями. Если вы не можете достичь пустотности, за вами последует вся ваша предшествующая карма. Природа греха не является пустотной, если вы не можете опустошить себя. Когда вы опустошите себя, все грехи, совершенные вами, также сделаются пустотными.
         
         Когда бесстрашно проповедуем ученье, рычанью льва пытаясь подражать,
         То лишь упорней мысли всех упрямцев.
         Они по-прежнему обеты нарушают и против Бодхи действуют всегда,
         Не будучи способны видеть тайну, которую откроет Татхагата.
         
         Бесстрашная проповедь обозначает наставления Чань. Наставления Чань сравниваются с рычанием льва, поскольку львы считались самыми сильными из всех зверей, а Чань – наивысшей из всех Дхарм. Но даже наивысшие наставления бесполезны для обычных живых существ, которые боятся их. На самом деле, наивысшие наставления, которые проповедуются бодхисаттвам, являются бессловесными и лишенными формы. Такие наставления выходят далеко за пределы понимания обычных людей.
         У быка, который в течение многих лет был впряжен в ярмо, на шее появляется грубая мозоль. Даже если вы воткнете в эту мозоль иглу, бык не почувствует этого, так как его кожа утратила чувствительность. Многие люди похожи на этого быка. Они могут думать, что Чань – нечто неважное, или могут усваивать наставления так медленно, что когда они наконец что-нибудь узнают, внезапное учение уже превратится в постепенное.
         На Тайване мои лекции посещают многие старики. Иногда я спрашиваю у них, понравилась ли им проповедь. Обычно они признают, что лекция привела их в замешательство. Я спрашиваю у них, какая часть понравилась им больше всего, и они говорят, что лучше всего – истории. Я рассказываю эти истории, чтобы слушатели расслабились, но и для того, чтобы передать им определенные мысли. Если вы слушаете истории, не улавливая смысла, вы не понимаете цели лекции. Вы можете с тем же успехом смотреть телевизор.
         Я говорил вам, что собственная природа пустотна и что вы можете достичь состояния Будды посредством внезапного просветления. К сожалению, многие из тех, кто слышит эти слова, подавлены мыслью о том, что они совершали грехи и накопили колоссальные кармические препятствия. Они уверены в том, что практика будет слишком сложна, и поэтому они не могут принять учения. Все, что нужно, – это принять учение, поверить в себя и в метод и заниматься практикой. Если вы способны на это, ваши препятствия будут уменьшаться и исчезнут.
         Если вы хотите принять учение Чань, вы должны сразу же отбросить свои мысли. Если вы не можете сделать этого сейчас же, следуйте своему методу; то есть, придерживайтесь своего метода и не думайте о себе или о том, теряете вы или приобретаете что-то. Не ждите того, что у меня достаточно сил, чтобы все время кричать на вас и подталкивать вас к чему-то. Вы должны приложить усилия, чтобы избавиться от своего эгоцентризма. Только тогда вы постигнете метод.
         

День 4. Следовать заповедям

         Нарушили обеты два монаха – обет против разврата и убийства.
         Упали, узким знаньем обладавший, преувеличил значимость греха.
         Вималакирти же великий мгновенно их сомнения рассеял,
         Подобно солнцу жаркому, в лучах которого растает снег и лед.
         
         Для обычных живых существ соблюдение заповедей представляет собой и основание Дхармы Будды, и предпосылку продвижения по буддийскому пути. Если человек не может следовать им, ему сложно достичь самадхи. В этой строфе объясняется отношение учения о внезапном просветлении к заповедям.
         Постепенное учение уделяет большое внимание соблюдению заповедей. Традиция Хинаяны проводит отличие между бездомными практикующими и мирскими последователями. Требования к мирянам не так строги, как к монахам и монахиням. Поскольку миряне имеют семьи и накапливают богатство, они не могут освободиться от желаний. Поэтому последователь-мирянин в традиции Хинаяны может достичь лишь уровня третьей дхьяны. Только монахи и монахини, благодаря усердному труду и жесткой дисциплине, могут достичь уровня четвертой дхьяны – состояния архата.
         Внезапные учения традиции Махаяны подчеркивают роль сознания. Относительно заповедей вопрос заключается в том, движется ли сознание, когда человек совершает какое-то действие. Вы можете никогда не убивать никого физически, но если вы думаете об убийстве, это есть нарушение первой заповеди. Вы можете никогда не заниматься сексом с тем или иным человеком, но если мысленно вы вожделеете его или ее, вы уже нарушили эту заповедь в своих мыслях. С другой стороны, если вы физически кого-то убили, но в вашем сознании или сердце нет убийства, вы не нарушили заповедь. А если можно заниматься сексом с другим человеком и тем не менее не иметь сексуальных мыслей, вы также не нарушили заповедь.
         В этой строфе Юн-цзя ссылается на историю из буддийской сутры. При жизни Шакьямуни два монаха занимались практикой в горах. Один из них пошел просить подаяние, а второй заснул. Мимо проходила женщина, собиравшая хворост, и переспала со спящим монахом. Он проснулся сразу же после того, как она ушла, и стал горевать из-за того, что нарушил важную заповедь.
         Когда второй монах вернулся и узнал, что произошло, он рассвирепел и погнался за женщиной, чтобы поговорить с ней. Когда женщина увидела монаха, она испугалась и побежала, но поскользнулась, упала с утеса и насмерть разбилась. Монах был подавлен горем: «Сначала мой друг нарушил заповедь, запрещающую неправильное сексуальное поведение, а потом я нарушил заповедь, запрещающую убивать».
         Они отправились к Упали за советом. Упали, близкий ученик Будды Шакьямуни, был известен строгим соблюдением заповедей. Упали решил, что они, несомненно, нарушили заповеди, и велел им покинуть монастырь.
         Монахи не были удовлетворены решением Упали и поэтому отправились к бодхисаттве-махасаттве Вималакирти (бодхисаттва-махасаттва – это последователь, находящийся на грани просветления Будды). Вималакирти сказал: «Вы не нарушили никаких заповедей, так как ваши действия были непреднамеренными. Упали обладает сознанием Хинаяны. Он еще не постиг полностью учения Махаяны. Вы оба имеете махаянские кармические корни, которые уходят на многие жизни в прошлое. Вы не нарушили заповедей». Его слова рассеяли их сомнения, как пылающее солнце превращает в воду лед и снег. По сравнению с ними мудрость Упали была подобна свету светлячка.
         Никаких грехов не совершается, если сознание неподвижно. Более того, когда сознание не движется, исчезают и грехи, совершенные ранее. Если сознание снова приходит в движение, прежние грехи возвращаются. Если сознание останавливается на время, это – самадхи. Однако самадхи – это не чаньское состояние «отсутствия сознания». Когда человек действительно обретает состояние отсутствия сознания, его или ее сознание прекращает всякое движение и уже не может вновь начать двигаться. При таком состоянии не происходит совершения грехов, а старые грехи исчезают. Это – внезапное учение махаянской традиции.
         
         Непостижима сила тех, кто враз освободился,
         Способности бесчисленные их несметны, что песчинки в водах Ганга.
         Четыре подношенья совершат они
         Всем, в том числе и тем, кто десять тысяч унций злата получил.
         Разбить все тело, кости в порошок смолоть – неравная расплата
         За те слова, что к просветленью направляют, за множество бесчисленных эпох.
         
         Первые четыре строки этой строфы относятся к последователю, достигшему освобождения. Такой человек преодолел все привязанности и взаимодействует с другими людьми при посредстве своей мудрости. Он может получить десять тысяч унций золота, помимо обычных четырех подношений Сангхе: пиши, одежды, лекарств и постельных принадлежностей, – так как он ни к чему не привязан.
         Последние две строки говорят о бесценной стоимости Дхармы Будды. Встреча с Дхармой внезапного просветления настолько редка и сложна, что мы должны стремиться с благодарностью сделать любые подношения Трем Драгоценностям. Даже наша собственная жизнь, как говорит Юн-цзя, не стоит одного изречения драгоценной Дхармы. Вот история, разъясняющая эту мысль. В одной из прежних жизней Шакьямуни, когда он был еще бодхисаттвой, Дхарма Будды оставаясь неизвестна ему. Индра, повелитель небес Трайястримша, превратился в духа и проник внутрь дерева, рядом с которым пребывал Шакьямуни. Он произнес две следующие стихотворные строчки:
         
         Все волеизъявленья преходящи.
         То Дхарма зарожденья и распада.
         
         Шакьямуни был глубоко потрясен. Он стал поворачиваться по сторонам, спрашивая: «Кто сказал эти слова?» Дух-Индра дал понять, что это он. Тогда Шакьямуни спросил: «Что это за слова? Откуда они?»
         Индра ответил: «Это Дхарма Будды».
         Шакьямуни спросил: «Мог бы ты еще что-нибудь рассказать мне о Дхарме Будды?»
         Индра сказал: «Есть ещё две строки, но сейчас я слишком голоден, чтобы говорить. Мне нужно человеческое мясо, прежде чем я скажу что-нибудь ещё».
         Шакьямуни сказал: «Я отдам тебе на съедение свое тело, но сначала скажи мне две строчки».
         Индра отказался: «Нет. Сперва я должен поесть, чтобы набраться сил. Затем я скажу тебе две строчки».
         Шакьямуни ответил: «Но тогда я погибну. Я не услышу того, что ты хочешь сказать».
         Индра сказал: «Давай пойдем на компромисс. Ты поднимешься на вершину этого дерева. Я встану внизу и буду смотреть вверх, а ты спрыгнешь в мою открытую пасть. Пока ты будешь падать, я расскажу тебе эти две строчки».
         Шакьямуни решил, что одно стоит другого: «Мое тело может погибнуть, но услышать Дхарму Будды важнее. Я сделаю это». Он забрался на вершину дерева и спрыгнул. Индра сдержал обещание и произнес две строчки. Шакьямуни ожидал, что окажется в пасти демона, но вместо этого опустился на мягкую ладонь Индры. Тогда Индра принял свой подлинный облик и сказал Шакьямуни, что пришел, чтобы испытать его.
         Что это были за строки? Насколько сильно ваше желание узнать их? Вы искренни в вашем стремлении к Дхарме Будды? Если вы спрыгнете с крыши, я скажу их вам, прежде чем вы упадете на землю. Возможно, вы еще не обладаете отвагой бодхисаттв. Однако, поскольку вы приехали на затворничество для того чтобы заниматься практикой, вы можете быть относительно искренними, и поэтому я расскажу вам последние две строчки.
         
         Когда погибнет Дхарма зарожденья и распада.
         Нирвана – величайшее блаженство.
         
         Истинно приверженный последователь с радостью отдал бы свою жизнь за несколько строк Дхармы Будды. В сутрах говорится, что Шакьямуни многократно жертвовал собственной жизнью, стремясь к Дхарме и состоянию Будды.
         Последователи, которые получили или хотели бы получить пользу от Дхармы, должны быть готовы отдать все, что имеют, в знак почтения к Трем Драгоценностям. Притворных заверений недостаточно. Вы должны совершать искренние подношения. Если вы не будете делать подношений или оказывать почестей Трем Драгоценностям, то все, что вы услышите или узнаете о Дхарме, будет недостаточным. Если мы не делаете искренних подношений, то, вероятно, ваша встреча с Дхармой была слишком легкой. Мы больше всего ценим то, что требует приложения наибольших усилий. Наставления, которыми вы дорожите, – это единственные наставления, способные вам помочь.
         Наручные часы, которые я ношу, ничего не стоят в материальном смысле, однако я отдал за них золотые часы. Эти старые часы бесценны для меня, так как они принадлежали моему наставнику. Когда мой Шифу умер, они перешли к его прислужнику-монаху, но я выменял их у него на гораздо более дорогие часы. Они не очень хорошо ходят. Мне все время приходится отдавать их в починку. Ученики предлагали мне часы получше, но мне они не нужны, поскольку эти часы напоминают мне о моем Шифу, а я глубоко уважаю его.
         Я до сих пор храню монашеское одеяние, которое получил когда-то, покинув дом. Эти материальные веши ничего не стоят, но, сохраняя их, я выражаю свое уважение к моему наставнику, человеку, проповедавшему мне Дхарму Будды. Представьте себе, насколько важна сама Дхарма! Дхарма бесценна, поскольку она приносит колоссальную пользу, однако она приносит эту пользу только тогда, когда вы осознаете ее бесценную сущность.
         Когда вы пьете воду, помните, где вы ее взяли. Если вода иссякнет, вы всегда можете вернуться к ее источнику и набрать еще воды. Когда вы испытываете на себе благотворное воздействие наставлений Дхармы, вы должны испытывать благодарность к Трем Драгоценностям – Будде, Дхарме и Сангхе, – поскольку они есть источник этих наставлений. Без благодарности завтра вы утратите всю пользу, полученную сегодня.
         Вы должны стремиться предлагать то, что вы считаете самым дорогим. Что считать ценным, зависит от вас самих. Во времена Шакьямуни жила одна бедная женщина, у которой была только одна разбитая чашка. Она попросила масла в качестве подаяния и сожгла его в этой чашке как подношение Будде. Богатые люди подносили ему тысячи светильников, но Шакьямуни сказал, что подношение женщины дороже всего на свете, так как она отдала единственную вещь, которую имела.
         Более того, подношения не настолько важны для того, кто их получает, как для того, кто их делает. Будда не заботится о том, чтобы вы что-то дали ему. Не заботятся об этом ни Три Драгоценности, ни патриархи, ни наставники. Недавно кто-то сказал мне: «Шифу, я бы действительно хотел подарить вам что-нибудь, чтобы выразить свое уважение к вашему учению, но мне кажется, что вы ни в чем не нуждаетесь, и поэтому я просто поблагодарю вас».
         Я сказал: «Подношения нужны вам, а не мне. Это ваше дело. Они не имеют ко мне никакого отношения».
         Вы должны быть благодарны Трем Драгоценностям за наставления в Дхарме, которые вы получаете, и вы должны выражать свою благодарность при помощи подношений. Какими могут быть подношения? Любое подношение является искренним, если оно совершается необусловленным образом. Я не хочу, чтобы вы залезли в карманы и отдали мне все, что у вас есть, до последнего цента. Первое подношение, которого я от вас требую, – это чтобы вы верили в то, что узнали от меня, приняли это, следовали этому и немедленно применяли это на практике. Не сомневайтесь и доверяйте себе. Пусть эта уверенность и вера поможет вам повысить вашу сосредоточенность и упорядочить ваше сознание. Каждый человек, каждое событие, каждый миг в этом центре во время затворничества может способствовать вашей практике. Усердно трудитесь. Это и есть ваше подношение.

19

День 5. Вера в себя, вера в метод, вера в Дхарму

Царь Дхармы – самый высший в этом мире;
         Сознанье, что бесчисленные сонмы Татхагат тождественны друг другу.
         Сейчас я покажу вам жемчуг всевершащий;
         Кто верит, тот [от Дхармы] не отходит.
         
         В этой строфе есть два специальных термина. Первый – это «царь Дхармы», титул Будды. Здесь он символизирует наивысшую Дхарму. Высшая Дхарма – это учение о мгновенном просветлении традиции Чань. Она не только намного превосходит опыт просветления традиций внешнего пути, но и стоит выше просветления, достигаемого мудрецами, которые следуют пути Хинаяны. Другой термин – «жемчуг всевершащий» – мани – это драгоценность, выполняющая любые желания. Она соответствует мудрости Будды.
         Вы должны воспринять высшую Дхарму, чтобы обрести состояние Будды. Дхарма мгновенного просветления переживается всеми Татхагатами и разделяется всеми Татхагатами десяти направлений пространства. Она не требует того, чтобы мы провели три великие кальпы в поисках состояния Будды. В тот момент, когда мы обретаем мгновенное просветление, мы полностью уподобляемся Будде. Дхарма, воспринимаемая Буддой, полностью тождественна Дхарме, воспринимаемой нами в момент просветления.
         Когда последователь постепенного просветления достигает положения первой бхуми  бодхисаттвы, он воспринимает Дхарму, которую воспринимает бодхисаттва уровня первой бхуми . Он не имеет представления о том, что такое состояние Будды. Если он достигает состояния архата согласно традиции Хинаяны, он воспринимает то, что воспринимает архат, но не то, что воспринимает Будда. Однако когда человек достигает просветления, опираясь на мгновенные наставления, он переживает нечто подобное состоянию Будды. В лучшем случае, последователи внешних путей могут обрести иллюзорное состояние «отсутствия сознания», а просветление архата – это пустотное состояние «отсутствия сознания». Однако просветление, обретенное при помощи мгновенных наставлений, представляет собой состояние «отсутствия сознания», которое не является ни пустотным, ни действительно существующим.
         Не поймите меня неправильно. Когда вы достигаете просветления, это не означает, что вы становитесь Буддой. Когда вы достигаете просветления, вы переживаете нечто подобное состоянию Будды, но вы ещё не стали Буддой. Мудрость, которую вы обретаете в этом переживании, – это мудрость Будды, но ваши деяния – это по-прежнему деяния обычного живого существа. После того как вы обретете опыт просветления, вы должны ещё усерднее заниматься практикой, чтобы защищать и питать свой зародыш святости; это – зародыш Будды, а не зрелый Будда. Обычно после обретения опыта просветления у вас не будет недостатка в решимости при занятиях практикой, так как ваша вера станет более глубокой. Однако вы по-прежнему остаетесь обычным человеком. Если вы не будете продолжать заниматься практикой, опыт и мудрость ослабнут и угаснут. Вы должны усиливать свою практику, вновь и вновь испытывая просветление.
         Строку «Сейчас я покажу вам жемчуг всевершащий» можно истолковать двояко. Согласно одному толкованию, можно сказать, что Юн-цзя показывает нам свою собственную драгоценность – делится с нами своей мудростью; или же, можно сказать, что Юн-цзя побуждает нас найти эту драгоценность внутри нас самих. Оба толкования полезны для нашей практики.
         Драгоценность мани символизирует высшую мудрость. Бодхисаттва на уровне восьмой бхуми свободен от всех препятствий, обусловленных материальными объектами, или физическими дхармами. Бодхисаттва на уровне восьмой бхуми свободен от всех ментальных дхарм. Однако драгоценность лиши – это мудрость Будды, и она свободна от всех материальных и ментальных дхарм. Ее сила безгранична. Однако перед тем как использовать, ее нужно сначата найти.
         Представьте себе жемчужину, спрятанную на дне пруда с мутной водой. Человек узнает, что там внизу лежит что-то ценное и начинает прощупывать дно палкой. Приложив много усилий, он, наконец, на мгновение видит жемчужину, но она сразу же исчезает вновь. Ему нужно очень много трудиться, чтобы убрать всю грязь, полностью очистить жемчужину и добиться того, чтобы она не исчезла снова. Только когда жемчужина будет свободна от всех препятствий, она сможет помочь ему. Впрочем, на самом деле для жемчужины мани нет никаких препятствий. Препятствия существуют для нас, и они не позволяют нам обнаружить жемчужину и воспользоваться ею.
         Человек будет чрезвычайно усердно заниматься практикой, как только он увидит жемчужину мани или испытает подлинное просветление. Он понимает, что такая вещь существует и что все, что ему нужно сделать, – это продолжать устранять грязь помрачений. Его вера крепка и незыблема. Если последователь утверждает, что пережил просветление, но не проявляет большого усердия в практике, то достоверность его переживания вызывает сомнение.
         Впрочем, в традиции Чань есть истории, которые, казалось бы, противоречат тому, что я сказал. Вот история о двух монахах, которую я уже рассказывал: один усердно занимался практикой, тогда как второй целыми днями спал. Первый монах упрекнул любителя поспать: «Ты должен трудиться усерднее. Что случилось с твоей практикой?»
         В ответ второй монах сказал: «Я сплю. Какой еще практикой ты хотел бы, чтобы я занимался?»
         Возможно, вы помните также историю, в которой наставник Бай-чжан похвалил Хуан-бо, который спап в чаньском зале, и отругал другого монаха, который, казалось бы, ревностно занимался практикой.
         Шестой патриарх также сказал однажды: «Когда ни ненависть, ни любовь не тревожат ваше сознание, вы можете вытянуть ноги и отдохнуть».
         Может показаться, что эти истории предполагают возможность того, что после просветления последователям Чань не нужно продолжать заниматься практикой, но это не так. Эти конкретные примеры относятся к последователям, достигшим высокого уровня практики и обретшим устойчивое понимание Дхармы Будды. Они ясно видят путь Будды и уверенно идут по нему. У них нет сомнений или ошибок. Никто и ничто не может заставить их свернуть с этого пути или ослабить их решимость. С другой стороны, последователь, который ещё не уверен в том, что делает, и не имеет четкого представления о том, куда движется, по-прежнему должен заниматься практикой обычным образом.
         Муха, пытающаяся выбраться на улицу, летает повсюду, ударяясь об окна и шторы. Она активна, но не может ничего добиться. Это похоже на практику непросветленных. Глубоко просветленные последователи кажутся расслабленными, даже ленивыми, но на самом деле они постоянно и равномерно трудятся.
         Не жалейте муху. По сравнению с тем, кто знает, где находится дверь, она кажется глупой, но она, по крайней мере, хотя бы пытается что-то сделать. Как правило, люди не имеют даже такой решимости, как эта муха. Рано или поздно, она найдет выход. Муха знает, что она хочет найти выход, и верит в то, что выход есть. Все, что ей остается делать, – это усердно трудиться. Верите ли вы в самих себя и в метод? Трудитесь ли вы усердно? Прямо сейчас, на затворничестве, вы можете уподобляться этой мухе, но после затворничества будете ли вы по-прежнему прилагать усилия к практике? Возможно, вечером, когда вы садитесь медитировать, придет ваш друг и скажет: «Давай куда-нибудь сходим». Вы пойдете в городской музыкальный клуб и будете созерцать «Рокетс» вместо того, чтобы работать над своим методом.
         Я не могу предложить вам жемчужину мани или объяснить вам ее сущность. Вы должны прийти к пониманию Дхармы внезапного просветления самостоятельно. Для этого необходима уверенность. Если у вас есть уверенность, необходимая для усердной практики, вы сможете принять Дхарму Чань. и, в конце концов, вы обнаружите жемчужину мани мудрости Будды.
         Тем не менее, на самом деле такой вещи, как драгоценность мани , не существует. Юн-цзя разъясняет это в следующей строфе.
         
         Он ясно видит: нету ничего,
         Ни личности, ни Будд не существует.
         Тысячемирия великого миры бессчетные подобны пузырькам на глади моря,
         Святые все и мудрецы ударам молнии подобны.
         
         Для того чтобы идти по пути Будды, вы должны принять Дхарму драгоценности мани. С другой стороны, вы должны быть привязаны к ее существованию. На самом деле, вы не должны быть привязаны ни к одной дхарме. Если человек следует этому учению и усердно занимается практикой, он достигнет просветления и в конечном итоге станет Буддой. В начале пути Будды должна наличествовать личность, которая принимает учения и которая потом занимается практикой, в конечном итоге достигая состояния Будды. Однако если последователь привязан к своему существованию и не может освободиться от своего «я», он не сможет достичь состояния Будды; если он не привязан к своему «я», но имеет привязанность к идее состояния Будды, он также никогда не станет Буддой.
         Все явления подобны пузырькам на поверхности океана. Они лишены подлинного бытия. То, что мы воспринимаем как пузырьки, на самом деле – лишь движение воды. Все миры во Вселенной и все явления в мире подобны пузырькам в океане. Все иллюзорно, включая сансару и нирвану, и живых существ, и Будд.
         Все мудрецы, бодхисаттвы и Будды подобны вспышкам молнии. Вы можете видеть молнию, так же как вы можете убедиться в силах и способностях бодхисаттв и Будд, но если вы попробуете ухватить молнию или будете испытывать привязанность к той мысли, что Будды и бодхисаттвы обладают конкретным существованием или собственной природой, вы будете понапрасну тратить свое время.
         Мы предполагаем, что жемчужина мани существует, но мы не должны думать, что эта драгоценность имеет определенную форму или внешний вид. Если бы это было так, это была бы самая обычная жемчужина. Именно потому, что жемчужина мани не имеет определенной формы, она может быть источником безграничной силы и выполнять бесчисленное множество функций.
         
         Под страхом колеса железного, что в голову летит,
         Нельзя всецело чистое самадхи и мудрость потерять.
         
         Вы не можете испытывать привязанность к той мысли, что жемчужина мани, или мудрость, обладает конкретным существованием. Впрочем, если вы примете и реализуете Дхарму «жемчужины мани», вы никогда не утратите эту жемчужину. Железное колесо – это старинный вид оружия – вращающееся, огненно-красное колесо с острыми спицами, которое режет и рассекает все, чего касается. Как только вы обрели жемчужину мани, ничто не может помешать вам в вашей практике, включая даже это ужасное оружие, летящее вам в голову. Жемчужина, опять-таки, символизирует всецело чистое самадхи и мудрость.
         Можно истолковать эти строчки по-другому: с тех пор, как вы приняли Дхарму Будды и начали следовать ее наставлениям, вы должны рассматривать свою практику как самую драгоценную вешь на свете, важнее самой вашей жизни. Даже если над вашей головой повиснет железное колесо, вы не должны расставаться с практикой или отказываться от Дхармы.
         
         Холодным солнце может стать, луна – от жара раскалиться,
         Но над ученьем истинным все демоны не властны.
         Когда степенно слон шагает,
         Как может богомол его остановить?
         
         Мы должны доверять Дхарме и быть готовы сделать все, чтобы защитить ее, даже если какие-то внешние силы будут стремиться помешать нам заниматься практикой. Внешние силы могут быть достаточно мощными, чтобы остудить солнце и раскалить луну, но убежденные последователи не позволят им влиять на их практику. Здесь, на этом затворничестве, нас отвлекают только жара, сирены и хлопушки. Они не должны превратиться в проблему. Если вы готовы отдать свою жизнь во имя Дхармы, если даже ужасное железное колесо не способно устрашить вас, как могут какие-то внешние силы воздействовать на вашу практику?
         Учение о мгновенном просветлении неразрушимо. Последователи внешнего пути и буддисты – последователи постепенного учения – могут заявлять, что такой веши, как мгновенное просветление, не существует, но критика не может уничтожить махаянское учение о мгновенном просветлении. Внешние силы, которые пытаются искоренить учение о мгновенном просветлении или помешать убежденному последователю, подобны богомолу, пытающемуся преградить путь идущему слону.
         Эта аналогия основана на истории, восходящей к периоду Весен и Осеней в истории Китая, за несколько столетий до Христа. Император, ехавший на колеснице, заметил богомола, стоящего на задних ногах и пытающегося остановить колеса его повозки. Он сказал: «Как может такое маленькое существо остановить мою колесницу? Оно не понимает, насколько оно бессильно». Последователи внешнего пути и Хинаяны могут замахиваться на учения Чань, но они не способны никоим образом повредить Дхарме Чань.
         
         Не ходит заячьей тропинкой слон;
         Кто просветлен, обычных правил не вершит.
         Не клевещи на небо, наблюдая за ним через отверстие в тростинке,
         Для тех, кто знанием еще не обладает, я ключ даю к дальнейшему пути.
         
         Нельзя судить о глубоко просветленных людях по их поступкам. Мы не можем судить о том, греховны их деяния или безгрешны. Буддийские святые и мудрецы кажутся нам такими же, как обычные люди, но это не так. Это создает проблемы. Со времени Будды люди судили о святых и мудрецах и находили в их действиях провинности и недостатки; однако при этом они исходили из своего искаженного, узкого мировосприятия. Мудрецы и великие последователи непредубежденны в самом истинном смысле этого слова, и их не заботят мелкие условности, которыми так дорожат обычные люди.
         Юн-цзя напоминает о том, что те, кто не достиг просветления, не должны судить о великих последователях, и особенно своих собственных наставниках, по своим узким меркам. Вы учитесь у наставника, чтобы вам помогли Три Драгоценности. Если вы сомневаетесь в учителе, у вас не будет доверия к нему и ваша практика пострадает. Это ваша проблема. Вы можете даже пробудить сомнения в сознании других учеников. Это по-прежнему будет вашей проблемой, и это будет прискорбно.
         Китайская поговорка призывает нас смотреть на окружающих глазами людей, а не собак. В Китае собаки не пользуются такой любовью и уважением, как в Соединенных Штатах. Китайцы верят, что собаки не станут лаять на хорошо одетых людей, не будут рычать и скалиться на людей, одетых в тряпки. Вера в такие стереотипы и следование им несомненно приведут к ошибкам, сомнениям и дурным поступкам. Ученики не должны сомневаться в великих практикующих, и прежде всего в своих собственных наставниках. Если вы не верите своему наставнику, как вы можете чему-то у него или у нее научиться?
         Слон идет по широкой дороге, так же как великому последователю присуща непредубежденность. Обычные люди подобны кролику, прыгающему по узкой дорожке и прячущемуся в своей норе. Кролик думает, что слон неуклюж, так как он не может идти по узкой дорожке, и заявляет, что слон лишен социальных достоинств, так как он не может поместиться в его норе.
         Человек, никогда не покидавший дома без окон, не имеет представления о том, как выглядит небо. Если он просверлит маленькую дырочку в стене и будет наблюдать за небом через полую тростинку, он с уверенностью заключит, что небо – это маленький голубой кружок. Если вы расскажете ему про солнце и луну, облака и радугу, звезды и галактики, он решит, что вы сошли с ума. Повторяю: не полагайтесь на свои ограниченные знания, чтобы судить о поступках великих практикующих.
         С другой стороны, хотя нет ничего особенного в том, что чаньский наставник кажется вам эксцентричным или странным, он не должен считать себя вправе делать все, что он хочет. Лишь при нестандартных обстоятельствах он может прибегнуть к специфическим методам обучения. Нестандартные обстоятельства требуют нестандартных методов. Однако если он считает, что достиг просветления и возвысился над заповедями и поэтому может делать и говорить все, что хочет, он не является настоящим чаньским наставником.
         Когда Кумараджива отправился в Китай в четвертом столетии нашей эры, китайский император решил, что у такого мудрого человека непременно должны быть потомки, чтобы его мудрость была кем-то унаследована. Он подарил Кумарадживе наложниц, и, поскольку они были подарком императора, у Кумарадживы не было другого выбора, кроме как принять их. Впоследствии ученики спросили у него: «Можем ли мы тоже иметь отношения с женщинами?»
         Кумараджива сказал: «Конечно, но сначала, позвольте, я вам кое-что покажу». Он взял пригоршню иголок и съел их с такой легкостью, как если бы это была лапша. Покончив с ними, он сказал: «Если вы способны повторить это, вы можете вступать в отношения с женщинами».
         Я слышу много историй о безнравственном поведении чаньских и дзэнских наставников в Америке в наши дни. Мое отношение таково: если то, что рассказывают об этих чаньских наставниках, действительно является правдой и если они действительно вступали в сексуальные отношения или нарушали другие заповеди, это не настоящие чаньские наставники. Тем не менее, они послужили благому делу, принеся учение Чань в Соединенные Штаты. Эти люди дали многим американцам такую возможность, которой раньше у них никогда не было. Жизнь самих наставников – это их собственная проблема, но люди должны быть благодарны им за их вклад.
         Индийская мифология повествует об особом лебеде, который может пить чистые, питательные сливки из смеси молока и воды, не выпив при этом ни капли воды. Американские буддисты должны придерживаться такого же подхода к сомнительным наставникам. Изучайте Дхарму под их руководством, усваивайте как можно больше хороших наставлений и оставьте дурную карму там, где вы ее нашли.
         Я надеюсь, что вы примете и осуществите то в моих наставлениях, что вы находите хорошим и благоприятным. Вы можете вернуть мне то, что вам не нравится.
         

ВЕРА В СОЗНАНИЕ. Предисловие

         Среди записей о чаньских наставниках нет полного жизнеописания Сэн-цаня, третьего патриарха, умершего в 606 г. н.э. Однако он упоминается в «Гао сэн чжуань» (Биографии выдающихся монахов) времен династии Тан в записи о наставнике [Фа-]цуне: «После чаньского наставника Хуэй-кэ жил чаньский наставник [Сэн-]цань». «Лэнцзи шицзу цзи» («Записи о наставниках Ланкаватара-сутры»), содержащие ранние материалы по истории школы Чань. гласят, что после ухода в горы Сэн-цань никогда не покидал их, не проповедовал Дхарму и никому ее не передавал. Это утверждение сомнительно, поскольку история династии Сун в «Эрши у ши» (Двадцать пять исторических сочинений) заявляет, что в 592 г. он «наставлял» Дао-синя, четвертого патриарха. Она также ставит под сомнение авторство стихотворения «Вера в сознание», которое исторически приписывалось Сэн-цаню. Современные ученые сомневаются в том, что он действительно был его автором. Ню-тоу Фа-жун, ученик Дао-синя, написал стихотворение под названием «Песнь о сознании». Обращая внимание на сходство между этими двумя стихотворениями, некоторые предполагают, что «Вера в сознание» на самом деле была написана после шестого патриарха Хуэй-нэна и представляет собой улучшенную, сокращенную версию «Песни о сознании». Мысли, высказанные в «Вере в сознание», действительно отличаются лучшей организацией, краткостью и полнотой, чем идеи стихотворения Ню-тоу.
         Впрочем, вопрос об атрибуции не имеет значения для моих комментариев к «Вере в сознание». Значение этого стихотворения для нас заключается в его ценности как введения в медитацию Чань и в его важности в истории Чань (яп. Дзэн) как в Китае, так и в Японии. Среди множества стихов о просветлении выше всего ценятся «Песнь о Просветлении» Юн-цзя и «Вера в сознание», благодаря ясным наставлениям о методе Чань.
         По этой причине я не комментирую «Веру в сознание» при обычных обстоятельствах. Я выбираю ее темой лекций только во время семидневного чаньского затворничества. Двадцать глав этой книги основаны на переводе лекций на четырех затворничествах, впоследствии отредактированных с целью публикации. Поскольку проповеди читались в контексте интенсивной практики медитации, я не использовал научную точку зрения или аналитический подход. Это не есть формальный комментарий к тексту; скорее, я использую текст как отправную точку для того, чтобы вдохновить последователя и рассмотреть различные вопросы, возникающие в процессе практики.
         Есть как минимум пять опубликованных английских переводов «Веры в сознание». Все имеют свои достоинства. Я предлагаю новый перевод, который в большинстве случаев совпадает с предыдущими; тем не менее, некоторые его фрагменты сильно отличаются от них, отражая мое собственное понимание этих стихов.
         Комментируя «Веру в сознание», я часто говорю своим ученикам: «Теперь, когда вы занимаетесь практикой, не имеет большого значения, буду я говорить о «Вере в сознание» или нет. Но я использую это стихотворение для того, чтобы объяснить вам метод практики». Успехи и состояние конкретной группы последователей меняются день ото дня и от затворничества к затворничеству. Поэтому я адаптирую свой комментарий к стихам в зависимости от ситуации, оставаясь, тем не менее, в пределах текста. Я надеюсь, что эти проповеди могут послужить полезным подспорьем как для начинающего, так и для опытного последователя. Они помогали и мне самому, даря мне новые прозрения смысла этих стихов по мере возникновения различных ситуаций.
         Выражение «вера в сознание» включает два значения: «доверие к сознанию» и «реализация сознания». «Сознанию» в Чань уделяется особое значение. Вера в сознание – это уверенность в том, что мы обладаем фундаментальным, неподвижным, неизменным сознанием. Это сознание является именно сознанием Будды; это также Татхагатагарбха (зародыш Татхагаты) в каждом живом существе. Однако сознание, которым обладают обычные существа, исполненные помрачений, – это сознание заблуждений, а не истинное сознание. Те, кто стремится освободиться от помрачений, представляют себе, что есть истинное сознание, которое нужно обрести. Однако, с точки зрения Будды, есть только одно сознание, которое не является ни истинным, ни ложным. Нет нужды проводить разграничение, поскольку все, повсюду, представляет собой сознание. Когда мы действительно видим сознание Будды, сознание, исполненное веры, и сознание, являющееся объектом веры, сливаются вместе; поскольку все они представляют собой одно и то же, исчезает необходимость верить в сознание.
         Парадокс заключается в том, что для обретения веры в сознание нужно быть просветленным. Автор с глубоко просветленной точки зрения говорит с последователем, который стремится обнаружить истинное сознание. Сэн-цань показывает нам, как преобразить наше обычное разграничивающее сознание в сознание Будды, лишенное разграничений; как перейти от существования к пустотности, от скверны к чистоте. Он говорит нам. как мы должны развиваться и какого отношения к практике надлежит избегать: мы не должны поддаваться своим симпатиям и антипатиям, не пытаясь ни избавиться от своих помрачений, ни достичь просветления. Практика осуществляется ради самоей себя, и поскольку другой цели нет, в конце реализуется сознание уравновешенности (пин дэн синь) – в нем нет разграничения, нет необходимости в языке (янь ю дао дуань) и даже в практике.
         В этом стихотворении содержатся выражения, которые впоследствии приобрели важное значение в чаньской школе Цаодун (яп. Сото), например, «Одна мысль за десять тысяч лет» (и нянь вань нянь), изречение, которое выражает представления об одной неподвижной, но все же приводящей к озарению мысли. Эти представления легли в основу Чань Безмолвного Озарения Хун-чжи Чжэн-цзюэ. Эта же тенденция отражена в единственном другом письменном источнике, содержащем наставления Сэн-цаня, – на каменной плите, воздвигнутой в его честь. Суть надписи такова: «Одновременно практикуй спокойствие (цзи ) и озарение (чжао ). Внимательно наблюдай, но не воспринимай дхармы, не воспринимай тело, не воспринимай сознание. Поскольку сознание безымянно, тело пусто, а дхармы есть сновидение. Нет ничего, чего нужно достичь, нет просветления, которое нужно пережить. Это называется освобождением».

20

Сэн-цань (7-606). Вера в сознание

Несложен высший Путь.
         Коль ты не выбираешь ничего.
         Ни выбирай, ни отвергай –
         И ясным пониманьем овладеешь.
         На волосок отстань,
         И оторвешься, словно небо от земли.
         Коль обрести желаешь что-то,
         Не выступай ни за, ни против.
         Меж «за» и «против» раздвоенье –
         Сознанья истинный недуг.
         Не признавая принцип тайный.
         Нет смысла следовать покою.
         Путь совершенен, как пространство,
         Ни недостатка, ни избытка.
         Хватаясь или отвергая,
         Его достичь не можешь ты.
         Что обусловлено, не дли;
         Не пробуй пустоту усвоить.
         В единстве, как и в равновесье.
         Само смятение исчезнет.
         Оставь деянья и – к покою.
         Еще активней тот покой.
         Когда погрязнешь в раздвоеньи,
         Как сможешь ты постичь единство?
         Если единства не постигнешь,
         Лишатся оба функций разом.
         От бытия беги – и в бытии погрязнешь;
         К пустотности стремись – и станешь к ней спиной.
         Чрезмерное мышление и речи
         Гармонии с Путем тебя лишают.
         Отвергни речи и мышленье,
         И недоступного не будет ничего.
         Вернись к корням и принцип обрети;
         Беги за просветленьем – дальше будешь.
         Лишь направленье света изменить –
         И это лучше прежней пустоты.
         Меняется былая пустота;
         Она – лишь порожденье взглядов ложных.
         Не нужно к истине стремиться;
         Воззренья лишь свои оставь.
         Не следуй раздвоенья взглядам;
         Старайся им не поддаваться.
         Когда есть истина и ложь,
         Сознание рассеянно и слабо.
         Из одного проистекают оба,
         Но даже за одно нельзя держаться.
         Когда единого сознанья нет,
         Изъяна мириады дхарм не знают.
         Изъяна нет и нету дхарм,
         Истока нет и нет сознанья.
         Субъект с объектом уничтожен.
         Объект с субъектом исчезает.
         Объект – объект из-за субъекта;
         Из-за объекта есть субъект.
         Хотя на самом деле оба –
         Одна и та же пустота.
         И в пустоте они едины
         И все явления содержат.
         Когда ни грубого, ни тонкого не ищешь,
         Как могут возникать предубежденья?
         Великий Путь широк,
         Ни прост, ни сложен.
         С воззреньем узким и сомненьем,
         От спешки медленнее путь.
         Привязанность забыть заставит меру;
         Превратным путь сознанья будет.
         Свободен будь и непосредствен,
         Ни уходи, ни оставайся.
         Природе следуй, Путь блюди.
         Иди без спешки, без волнений.
         Поддавшись мыслям, ты реальность потеряешь;
         В оцепененье впасть – ужасно так же.
         Не должно дух износу подвергать.
         К чему метаться от желанья к отвращенью?
         Коль ты к единой колеснице устремлен,
         Пусть чувства мир тебя не отвращает.
         Без отвращенья к миру чувств,
         Ты с просветленьем истинным един.
         У мудрых побуждений нет:
         Глупцы себя ввергают в узы.
         Нет между дхармами отличий.
         Ум помраченный за желаньями бежит.
         Сознанья помощь для лечения сознанья –
         Не есть ли это глупость?
         Сознанье ложное рождает
         и беспокойство, и покой;
         А в просветленьи нет ни склонности, ни бегства.
         Вещей всех двойственность
         Из ложных различений происходит.
         Виденье, сон, цветок небесный –
         За них хвататься стоит ли?
         Утрата и находка, истина и ложь –
         Отбрось все разом.
         Если во сне глаза не закрывать,
         То сами прекратятся сновиденья.
         Если сознанье различеньям неподвластно,
         Все дхармы – таковость одна.
         Глубинна таковости сущность,
         Недвижна; то, что обусловлено, – забыто.
         Как равные все дхармы созерцай,
         И ты к вещам, как есть они, вернешься.
         Когда рассеется субъект,
         Сравнений нет и измерений.
         Не будь активен, и активность пропадет;
         Как нет активности, так нет покоя.
         Поскольку же обоих нет,
         Как может быть одно?
         В конечном счете,
         Нет ни правил, ни порядка.
         Дух равновесный развивай,
         И все деянья прекратятся.
         Сомненья полностью исчезнут,
         Упрочив истинную веру.
         Остатков нету никаких,
         И никаких воспоминаний.
         Пустое, ясное сознанье
         Естественным путем себя не утомляет.
         Нет места мыслям,
         Рассудком, чувством тяжело его постичь.
         Обитель Дхармы таковости сушей –
         Здесь нету «я» и нет другого.
         Согласным нужно с нею быть;
         Недвойственность – одна опора.
         В недвойственности все едино;
         Ничто в ее состав не входит.
         Все мудрецы в десятке направлений
         Все тот же принцип исполняют.
         В нем спешки нет и промедленья –
         Лишь мысль за десять тысяч лет.
         Нигде и вместе с тем повсюду,
         Все десять направлений – пред тобою.
         Мельчайшее тождественно громаде
         В том мире, где нет места помраченьям.
         Огромное тождественно песчинке;
         Разграничений никаких не видно.
         Существованье – та же пустота;
         А пустота – существованье то же.
         И если дело обстоит не так,
         Не следует подобного держаться.
         Одно есть все;
         Все есть одно.
         Если тебе доступно это,
         К чему грустить, что нет итога?
         Сознанье с верой – их не два;
         Недвойственность – в сознанье вера.
         Путь слов всецело перекрыт;
         Нет прошлого, и настоящего с грядущим.
         

Затворничество первое. Приступая к практике

         Несложен высший Путь,
         Коль ты не выбираешь ничего.
         Ни выбирай, ни отвергай –
         И ясным пониманьем овладеешь.
         На волосок отстань,
         И оторвешься, словно небо от земли.
         
         Единственная цель чаньского затворничества – это практика. Вы должны полностью сосредоточить свое сознание на практике, не пытаясь достичь каких-либо результатов. Поскольку многие из вас проехали большие расстояния или тяжело трудились, чтобы освободить время, вы многое вложили в это затворничество. Естественно, что вы хотите что-то получить от него. Но с того момента, как вы оказались на затворничестве, вы должны расстаться со всеми конкретными надеждами.
         Заниматься практикой, держа в сознании цель, – то же самое, что пытаться веером поймать перышко. Чем быстрее вы за ним гонитесь, тем быстрее оно от вас ускользает. Однако если вы будете осторожно подкрадываться к нему, вы сможете схватить его. Цель практики – воспитать ваше терпение и выносливость, сделать ваше сознание спокойным и устойчивым. Любая привязанность или стремление будет мешать вашему сознанию успокоиться.
         Сегодня кто-то сказал мне, что чем больше он работает над хуатоу , тем более напряженным он себя чувствует. Ему кажется, будто в его сознании завязываются узлы. Его проблема заключается в том, что он хочет увидеть быстрые результаты. Усердно практиковать хуатоу с желанием достичь просветления – то же самое, что связать себя веревкой, а затем воткнуть в себя нож. Чем больше усилий вы прилагаете, тем сильнее становится ваше напряжение. Тот же принцип относится к телу. Если ваше тело напрягается в ответ на боль, боль станет только сильнее. Если вы ощущаете боль в какой-то части тела, вы должны попробовать расслабить ее. Все непроизвольные движения, возникающие в процессе сидячей медитации, также вызваны напряжением. Поэтому важно постоянно поддерживать состояние расслабления.
         Связаны с этим и проблемы, которые могут возникнуть из-за того, что ваше внимание сосредоточено на какой-то части тела. Например, некоторые люди пытаются сделать свое дыхание более ровным. Но если пытаться управлять дыханием, оно станет неестественным.
         Не обращайте внимания ни на какие явления, происходящие в вашем теле; если вы зациклитесь на них, это вызовет проблемы. То же с сознанием. Вы не сможете заниматься практикой, если не будете игнорировать все происходящее в вашем сознании. Если вы чувствуете горечь или душевную боль какого-либо рода, просто не обращайте на нее внимания. Отпустите ее и всем существом отдайтесь практике метода. Направьте свое сознание непосредственно к самому методу; не заботьтесь ни о чем другом.
         Высший Путь, о котором говорится в первой строке стихотворения, – это стадия Будды. Мудрость Будды не сложно постичь; ее можно обрести в промежуток между двумя мгновениями. Причина этого в том, что она никогда не была отделена от нас. Она всегда есть. На самом деле все мы стремимся осуществить этот Высший Путь. Если так, то почему нам это не удается?
         Во второй строчке говорится о том, что нам мешает сделать это. Дело в том, что мы постоянно пытаемся убежать от своих помрачений.
         Именно потому, что хотим обрести прозрение и заслуги Будды, мы и не можем постичь сущность Будды.
         Другая причина, по которой мы не можем узреть собственную природу Будды, заключается в том, что мы перегружены мыслями. Мы проводим разграничение между сансарой и нирваной, живыми существами и Буддой, помрачениями и просветлением. Эти идеи препятствуют нашему восприятию природы Будды.
         Если перефразировать третью и четвертую строки, как только вы отбросите то, что вам нравится и не нравится, перед вами немедленно появится Путь. Здесь Сэн-цань имеет нечто общее с Дао-синем, четвертым патриархом, и Хуэй-нэном, шестым патриархом. Последние два часто заявляли, что, прекратив отличать хорошее от плохого, вы немедленно воспринимаете свое изначальное лицо. Другими словами, вы поймете Высший Путь.
         Во время сидячей медитации некоторых из вас отвлекает боль, а некоторые пытаются бороться с сонливостью. Ночью вы можете сердиться на кого-нибудь, кто храпит и мешает вам спать. Но вместо того чтобы позволить этому беспокоить вас, просто наблюдайте за храпом. Скоро храп может превратиться в гипнотические, монотонные, даже приятные звуки. Если вы начнете считать храп, вы уснете, не успев этого заметить.
         С другой стороны, привязанность к какому-либо приятному ощущению в медитации тоже может быть препятствием. Одна из моих учениц начинала раскачиваться во время сидячей медитации. Ей казалось, что она никак не управляет своими движениями; что они происходят спонтанно. На самом деле эти движения были вызваны не физическим напряжением, а подсознательными мотивами. Ей было приятно раскачиваться. Вы не можете эффективно заниматься практикой, если вы привержены к таким вещам. Наблюдая за ними, вы сможете управлять своим сознанием.
         Приверженность к определенным симпатиям и антипатиям сбивает вас с Пути. Отказ от них приведет вас в согласие с Путем. Однако если здесь существует малейшее непонимание, расстояние между вами и Путем будет таким же большим, как расстояние между землей и небом. Не делайте из этого неправильных выводов и не думайте, что если вы не должны привязываться к симпатиям и антипатиям, это значит, что вы не должны практиковать Путь. С подобным подходом бесполезно приезжать на чаньское затворничество.
         Когда вы впервые приступаете к практике, вы несомненно имеете определенную цель в своем сознании. Вы можете быть разочарованы своим нынешним состоянием и стремиться либо к тому, чтобы изменить себя, либо улучшить условия. Безусловно, есть что-то такое, чего вы рассчитываете достичь при помощи практики. Вы не можете заниматься практикой совершенно бесцельно. Поэтому практика сама по себе предполагает наличие какого-то намерения или желания. Для того чтобы выполнить свои изначальные намерения, вы должны постоянно направлять свое сознание к методу практики. Однако, сосредотачиваясь на методе, вы не должны думать о том, чего вы хотите добиться, какого уровня вы хотите достичь или от каких проблем вы хотите избавиться. Вместо этого, ваше сознание должно быть полностью обращено к самому методу и свободно от всех мотиваций.
         Есть изречение, полезное для практикующих: «Отложите мириады помыслов. Возьмитесь за практику». Мириады помыслов – это рассеянные, случайные, посторонние заботы. Практика – это ваш метод совершенствования. Когда ваше сознание устремляется к внешним заботам, отбросьте их сразу же, как они появятся. Но должны ли вы поступать с методом так же, как с блуждающими мыслями – отбрасывать его сразу же, как он появляется? Нет. Мгновение за мгновением отбрасывайте посторонние мысли и возвращайте свое сознание к методу практики.
         Однажды я спросил ученика: «Много ли у тебя посторонних мыслей?» Он ответил: «Не слишком много». Я сказал: «Клянусь, я знаю одну из них. Ты все время думаешь о своей девушке, не так ли?» Он ответил: «Как Вы можете говорить об этом?» После затворничества он сказал: «Сначала я вообще не думал о своей девушке. Но после того как о ней упомянул Ши-фу, я не мог перестать думать о ней». Я сказал ему, что он еще не постиг сущность своей проблемы. Возможно, он думал, что его сознание не было устремлено к его девушке, но все же его заботы были обращены к ней.
         Возможно, вы пытаетесь отбросить посторонние заботы, но понимаете, что не можете сделать этого. Каждый раз, когда вы избавляетесь от одной заботы, она снова возвращается. Это расстраивает вас. Вы повторяете себе: «Отбрось ее. Отбрось ее». На самом деле не важно, сможете вы отбросить ее или нет. Если вы в конце концов дойдете до той точки, когда вы скажете себе: «Не имеет значения, смогу ли я отказаться от нее», – то уже отбросите ее. Вы не должны бояться неудачи. Вы не должны и ждать ее. Вы можете прийти к выводу, что затворничество для вас проходит неудачно – ваше тело испытывает неудобство, ваше сознание в смятении. Вы не можете контролировать себя. Вы не сделали нужных приготовлений. Почему не забыть об этом затворничестве и не уехать завтра же? Может быть, стоит попытаться как-нибудь в другой раз. Не поддавайтесь таким пораженческим настроениям. Китайская поговорка гласит: «Сто птиц на дереве не стоят одной птицы в руке». Если вы выпустите эту птицу, чтобы погнаться за сотней других, вы останетесь ни с чем. Даже несмотря на то что вы чувствуете свою неподготовленность и обреченность на поражение, все же ваше присутствие здесь дает вам прекрасную возможность заниматься практикой.


Вы здесь » <<настрой - КИ >> ш а л о м, хавер ! » МУДРОСТЬ ВЕКОВ » Шэн-ян: поэзия просветления


Создать форум © iboard.ws